“Старуха уже, — возмущенно размышлял Иван Борисыч про коллегу свою Клюеву, — полтинник ей
— Убирайся с моего участка. Я сама не узнала свой голос. Хриплый, злой, с той самой надсадной резкостью
— Сними кардиган, — тихо процедила Елена, глядя на тёмное винное пятно на рукаве. Жанна стояла
— Утром выведешь всё, Егор. До копейки. Пока она варит свой чай и думает, что у неё муж, а не мальчик
— Извини, — тихо сказала Оксана, машинально вскакивая и бросаясь разогревать ужин. Она даже не заметила
Дима плотно сжал губы. У него было странное выражение лица: виноватое, но упрямое. — Крыша протекает.
Сегодняшнее утро началось как обычно. Пашка капризничал из-за несъеденной овсянки, она торопилась на
Лариса приехала к невестке без приглашения в субботу после обеда. Она знала, что внуки заболели, но в
— Ты что, серьёзно?! Тимофей, ты с дубу рухнул? Ты реально все посчитал? — Да, — спокойно ответил муж
— Да какой ты отец?! Позорище, одним словом, — от злости она сжимала телефон так, что побелели костяшки пальцев.
— Твоя жена мне написала, — сказала Ксения, зайдя на кухню и демонстративно швырнув сумочку на стол.
— А помнишь Маринку? Твою бывшую? Серёга сказал это просто так, между делом, заедая пенное солёными крендельками.
Кастрюля была рассчитана на четверых. Я варила в ней щи на одну порцию – других кастрюль за тридцать
— Соня, садись есть, — сказала Алла, ставя на стол тарелку с пюре и котлетами. — Не хочу, — моментально
— Алло, — сказала Марина, вытирая руки о кухонное полотенце. Вот зачем она взяла трубку, ведь номер неизвестен?
Фамилию Дорохов я не слышала пятнадцать лет – до того вечера, когда сын произнёс её за ужином.
Цифры не врут – это первое, чему меня научила работа. Люди могут. Фасады могут. А цифры – нет.
Стрелка на приборной панели «Газели» подрагивала у отметки восемьдесят. Я переключила дальний свет на