Мы с подругой купили билеты на отдых вдвоём. За неделю до поездки она написала: «С нами едет Игорь»
Пять дней в Черновцах мы придумали ещё зимой.
Оля пришла ко мне после работы с мокрыми ногами, поставила ботинки на газету и сказала:
— Летом уедем куда-нибудь. Только ты и я. Будем спать сколько хотим и обедать там, где понравится, а не там, где «мужчинам дают нормальные порции».
— Твой Игорь это переживёт?
— Он за сорок восемь лет научился открывать холодильник. Думаю, пять дней выдержит.
Мы дружили со школы. Вместе однажды провалили экзамен по физике, вместе работали в кафе летом после первого курса, вместе плакали, когда Оля разводилась со своим первым мужем. Со вторым она прожила уже одиннадцать лет.
Мы редко оставались вдвоём больше чем на пару часов. То работа, то дети, то кто-нибудь звонил с вопросом, где лежит запасной ключ.
Я забронировала небольшую комнату с двумя кроватями. Оля купила билеты на поезд. Мы скидывали друг другу фотографии кафе и спорили, брать ли удобные кроссовки или «приличные туфли хотя бы на один вечер».
За неделю до отъезда она написала:
«Только не злись. Игорь едет с нами».
Я прочитала сообщение в очереди в аптеке.
Перечитала.
Потом набрала:
«Куда с нами?»
«В Черновцы. Ему как раз дали выходные».
Я вышла из очереди и позвонила.
— Оль, ты серьёзно?
— Лен, дай объяснить.
— Объясни.
— Он услышал, как я разговаривала с хозяйкой жилья. Спросил, почему я не позвала его. Я сказала, что это наша поездка, но он как-то обиделся. Потом выяснилось, что ему на эти даты дали отпуск. Ну, не отпуск, четыре свободных дня. И я подумала: почему бы не поехать вместе?
— Потому что мы договорились ехать вдвоём.
— Мы всё равно будем вместе. Просто Игорь тоже будет.
— В комнате с двумя кроватями?
— Я уже узнала. Можно поставить дополнительную. Или он спит со мной, а ты отдельно.
— Очень щедро с вашей стороны.
— Ну вот, ты уже злишься.
— Да. Потому что ты сообщила мне о третьем человеке после того, как всё решила.
— Я ещё ничего не решила окончательно.
— Он купил билет?
— Купил.
— Значит, решила.
Оля вздохнула в трубку.
— Я не знала, как тебе сказать. Понимала, что ты расстроишься.
— Поэтому подождала, пока он купит билет?
— Не надо так. Я тоже хотела поехать вдвоём. Просто вышло неловко.
В аптеке начали звать следующего покупателя. Я отошла к окну, где стояла коробка с бахилами.
— Ты ему сказала, что я еду не в качестве вашего семейного приложения?
— Лена.
— Сказала?
— Он прекрасно тебя знает. Не будет тебе мешать.
Игорь действительно меня знал. На общих праздниках мы нормально разговаривали. Он помогал мне перевозить шкаф, однажды целый вечер возился с моим сломанным краном. Мне не было за что его ненавидеть.
Но пятидневный отпуск с мужем подруги я не планировала.
— Дело не в том, хороший он человек или плохой, — сказала я. — Я хотела провести время с тобой.
— Проведёшь.
— Когда? Пока он будет в душе?
— Ты преувеличиваешь.
— Может быть. Но это уже другая поездка.
— Значит, отменим? — голос у Оли стал жёстче. — Я правильно понимаю? Ты не можешь просто принять, что планы немного изменились?
— Могу. Только хочу сама решить, подходит ли мне новый план.
— Решай. Я тебя не заставляю.
После этого мы обе замолчали.
Я вернулась в аптечную очередь и купила таблетки, за которыми пришла. Весь вечер смотрела на бронь комнаты, словно в ней мог появиться ответ.
На следующий день Оля позвонила сама.
— Я была резкая, — сказала она.
— Я тоже.
— Ты едешь?
— Хочу. Но жить втроём в одной комнате не буду.
— Найдём тебе отдельную.
— Я уже нашла. Дороже, конечно, но переживу.
— Мы с Игорем можем доплатить.
— Не надо.
— Лен, я не хочу, чтобы ты тратила лишнее из-за меня.
— Тогда нужно было спросить до покупки билета.
— Ты каждый раз будешь это повторять?
— Пока не перестану злиться.
Она помолчала, потом сказала:
— Хорошо. Повторяй.
В поезде Игорь встретил меня возле вагона. Взял мой чемодан, поднял на полку и достал из пакета бутерброды.
— Оля сказала, ты после работы. Ешь.
— Спасибо.
— Я взял с собой карты. Вечером сыграем.
Я посмотрела на Олю. Она сидела у окна и делала вид, что внимательно читает сообщение.
— Посмотрим, — ответила я.
Первый час всё было нормально. Мы пили чай из бумажных стаканчиков. Игорь рассказывал, как сдал проект. Оля смеялась над попутчиком, который привёз в вагон огромный комнатный цветок и всё время спрашивал, не дует ли на него.
Я подумала, что, возможно, зря драматизировала.
Потом мы начали обсуждать, что делать завтра.
— С утра пойдём гулять по старым улицам, — сказала Оля.
— С утра поспим, — ответил Игорь. — Мы же в отпуске.
— Я говорила Лене, что хочу просто ходить, — напомнила она.
— И походите. После обеда. А утром можно спокойно позавтракать.
— Там завтрак не включён, — сказала я.
— Найдём место. Только я не хочу бегать по городу за кофе и круассаном. Нормально поедим.
Оля быстро сказала:
— Выберем утром. Не обязательно сейчас.
Я посмотрела на неё.
Она уже начала делать то, что обычно делала рядом с Игорем: сглаживать углы до того, как кто-нибудь успеет понять, из-за чего спорит.
Вечером он достал карты. Мы сыграли одну партию. Потом я поднялась на верхнюю полку и сказала, что хочу почитать.
— Ты что, обиделась? — спросил Игорь.
— Нет. Устала.
— А то Оля говорила, вы с ней поссорились из-за меня.
Оля закрыла глаза.
— Я не говорила «поссорились».
— Говорила, что Лена недовольна.
Я перегнулась через край полки.
— Я не была готова к поездке втроём. Это правда. Но сейчас уже здесь, давай без разбора в вагоне.
— Я вообще хотел как лучше, — сказал Игорь. — У меня машина в Черновцах у знакомого. По окрестностям вас повожу.
— Мы не просили машину, — тихо сказала Оля.
— Вот видишь? Теперь обе против меня.
Он сказал это с улыбкой, но больше мы в карты не играли.
На вокзале утром было шумно и холодно. Я отправилась к своему жилью пешком, они вызвали такси. Мы договорились встретиться в полдень.
Я заселилась, умылась и легла «на десять минут». Проснулась от сообщения Оли:
«Мы задержимся. Игорь хочет сначала заехать к знакомому, забрать ключи от машины. Встретимся в два?»
Я написала: «Я пойду гулять. Созвонимся».
На улице моросил дождь. Я купила кофе в маленьком киоске и пошла куда глаза глядят. Без маршрута, без предложений «давай быстренько заедем» и «здесь нечего смотреть». Через час присела в кафе у окна и отправила Оле фотографию смешной вывески, название которой прочитала совершенно неправильно.
Она ответила смайликом.
Позвонила только ближе к четырём.
— Вы где? — спросила она.
— В центре. А вы?
— Мы уже едем. Игорь предлагает вечером съездить за город. Там кафе хорошее, его друг посоветовал.
— Я сегодня хочу остаться в городе.
— Он говорит, там очень красиво.
— Верю. Съездите вдвоём.
— Лена, мы же приехали вместе.
— Оль, я уже три часа жду, когда мы встретимся. Я могу просто гулять дальше.
— Мы не специально задержались. У знакомого были дела.
— Я не обвиняю. Езжайте в кафе.
— Ты опять обиделась.
Я остановилась под козырьком закрытого магазина.
— Я сейчас пытаюсь ответить без обиды. Вы хотите в одно место, я в другое. Взрослые люди могут сегодня разделиться.
— Но я хотела с тобой побыть.
— Тогда приезжай в центр. Мы погуляем час, а Игорь позже заберёт тебя.
— Он за рулём. Как я его одного отправлю?
— Такси есть.
— Ты говоришь так, будто всё легко.
— Это не я привезла мужа в поездку с подругой.
Она отключилась.
Я стояла под козырьком и смотрела на дождь. Мне было неприятно от собственной последней фразы. Она была правдивой, но я произнесла её так, чтобы побольнее задеть.
Через двадцать минут Оля написала: «Вечером поговорим».
Не поговорили. Они вернулись поздно.
На следующий день я поехала с ними на машине. Не хотела с самого начала превращать отпуск в демонстрацию принципов.
Игорь был веселее, чем в поезде. Включил музыку, рассказал пару историй о знакомом. Но маршрут выбрал сам. Когда я попросила остановиться у небольшого рынка, сказал:
— На обратном пути. Сейчас парковаться неудобно.
На обратном пути он забыл.
Оля напомнила, но уже смеркалось.
— Завтра, Лен, — сказала она. — Не сердись.
Я не сердилась из-за рынка. Меня утомляло, что любое наше «давай» становилось предварительным предложением, которое кто-то другой мог одобрить или отклонить.
Вечером мы наконец остались с Олей вдвоём. Игорь пошёл за продуктами.
Сели на скамейку возле жилья. Она вынула из кармана помятый чек и начала складывать его в тонкую полоску.
— Ты всё время ходишь с таким лицом, будто мы испортили тебе отпуск, — сказала она.
— Мне стыдно, что так заметно.
— Значит, испортили?
— Нет. Я сегодня видела красивые места. Просто это отпуск, который я не выбирала.
— Мы могли бы прекрасно провести время втроём, если бы ты дала шанс.
— Я дала. Мне не нравится каждый раз обсуждать с Игорем, во сколько вставать и куда идти.
— Ты говоришь о нём так, словно он командует.
— Он предлагает. А потом удивляется, если мы хотим другого. Ты почти всегда соглашаешься, чтобы не спорить.
— Потому что мне несложно иногда уступить.
— Иногда — да. Но за два дня мы ни разу не сделали того, о чём договаривались ещё зимой.
Оля разорвала чек пополам.
— Ты думаешь, мне этого не жаль? Я тоже мечтала уехать вдвоём. Только дома перед поездкой мы сильно поругались.
Я повернулась к ней.
— Почему ты не сказала?
— Потому что не хотела обсуждать свой брак в каждом сообщении. Игорь решил, что я нарочно устраиваю отпуск без него. Сказал: «Ты можешь ехать, я не запрещаю, но интересно, почему со мной тебе никуда не хочется». Я устала доказывать, что люблю мужа и при этом могу пять дней провести с подругой.
— И поэтому позвала его.
— Да. Это был самый лёгкий способ прекратить ссору.
— Для вас двоих.
— Получается.
Мы долго сидели молча. Из соседнего окна пахло жареным луком, а возле наших ног упорно катался на ветру бумажный стаканчик.
— Я не хотела выбирать между вами, — сказала Оля. — Знаю, что это звучит глупо. Ты мне как родная. И с ним я живу. Мне казалось, вы оба можете просто потерпеть друг друга несколько дней.
— Я могу потерпеть Игоря. Он мне не враг. Я не хочу платить за номер и отпуском изображать, что мне всё равно, когда нас поставили перед фактом.
— Я должна была спросить тебя.
— Да.
— А ты могла сказать сразу, что не едешь с нами. Вместо того чтобы приехать и всё время сердиться.
— Тоже да.
Оля посмотрела на меня.
— Вот. Наконец мы обе виноваты. Уже легче.
— Тебе всегда легче, когда виноваты обе.
— Конечно. Одной стыдно.
Мы даже засмеялись. Ненадолго.
— Что теперь? — спросила она.
— Я завтра проведу день одна. Давно хочу зайти в пару мест. Вы делайте что хотите. Вечером можем вместе поужинать, если никто не станет выбирать ресторан за всех.
— Скажу Игорю.
— Оля, не проси у него разрешения на наш ужин.
— Я собиралась сказать ему, что пойду.
Она убрала остатки чека в карман.
Игорь вернулся с пакетом и застал нас за обсуждением времени ужина. Когда узнал, что завтра я гуляю отдельно, только кивнул.
Позже Оля рассказала: он решил, что обидел меня.
— Отчасти так и есть, — сказала я.
— И что мне ему передать?
— Что он не обязан мне нравиться каждую минуту. Как и я ему. Пусть просто не пытается сделать мою поездку удобной для себя.
На следующий день я вышла из комнаты рано. Гуляла до боли в ногах, зашла на рынок, который пропустила накануне, купила открытку и съела огромный кусок пирога на обед. Дождь то начинался, то прекращался. Я дважды заблудилась и один раз села не на тот автобус.
К вечеру мне уже хотелось поговорить с Олей.
Мы встретились втроём в небольшом кафе. Игорь отложил меню и сказал:
— Я обычно много решаю за всех, когда за рулём. На работе так же делаю. Оля мне сегодня сказала. Раньше говорила тоже, но сегодня понятнее.
— И что изменится? — спросила Оля.
— Пока не знаю. Сейчас, например, подожду, что вы выберете, прежде чем предлагать кафе с «нормальными порциями».
Официантка как раз подошла к столу. Мы засмеялись, и ей пришлось подождать.
Ужин не стёр первые дни. Оля по-прежнему злилась, если ей казалось, что я слишком резко отвечаю мужу. Мне по-прежнему хотелось иногда увести подругу гулять без него.
В последний вечер мы с Олей всё-таки остались вдвоём: Игорь уехал встретиться со знакомым. Мы сидели на ступеньках возле нашего жилья, пили чай из бумажных стаканов и обсуждали людей, которых обе не видели лет десять.
— В следующий раз поедем только вдвоём? — спросила она.
— Если до покупки билетов поговоришь с Игорем.
— Поговорю. Только ты мне тоже скажи сразу, когда тебе что-то не подходит. Не будешь три дня героически терпеть?
— Не буду. Я плохой герой, сама видела.
На обратном пути я сидела у окна поезда. Оля с Игорем были в другом вагоне: билеты покупали в разное время. Мы с ней переписывались, хотя могли дойти друг до друга.
Она прислала фотографию двух стаканов чая и написала:
«В следующий отпуск третий стакан не берём».
Я ответила:
«Сначала назначим даты».
Это было похоже на нашу старую дружбу. Только теперь я знала, что даже с самым близким человеком нужно иногда произнести вслух то, что кажется очевидным.
А вы поехали бы в отпуск, если бы подруга после покупки билетов сообщила, что берёт с собой мужа, хотя вы договаривались отдохнуть вдвоём?
