— Галь, ты баню протопила? — Виктор влетел на кухню, потирая руки. — Сегодня пацаны приедут, устроим настоящий мужской день!
Галина резко обернулась от плиты, едва не уронив половник.
— Какие ещё пацаны? Виктор, ты о чём вообще?
— Ну, Серёга с Колей. Я им на прошлой неделе обещал. Баня же у нас топится по субботам, вот я и подумал…
— Подумал?! — Галина швырнула половник в раковину. — Ты хоть раз меня спросил? Или я тут вообще не живу?
Виктор махнул рукой, словно отгоняя надоедливую муху.
— Да ладно тебе, чего ты раздуваешь из мухи слона? Баня большая, места всем хватит. К тому же, это же мои друзья!
— Твои друзья, — повторила Галина, и в её голосе зазвучало что-то опасное. — А кто, интересно, будет эту баню готовить? Кто дрова таскать будет? Кто воду греть?
— Ну, я же помогу…
— Помогу! — Галина едва сдерживалась. — Ты вчера обещал помочь с огородом, где ты был? Ты позавчера обещал починить калитку, она до сих пор скрипит так, что соседи жалуются!
Виктор нахмурился, почувствовав, что разговор принимает не тот оборот.
— Слушай, Галя, ну что ты сразу в бутылку лезешь? Я просто хочу отдохнуть с друзьями, разве это преступление?
— Отдохнуть?! — она развернулась всем телом к мужу. — А я что делаю каждый день? По твоему, это у меня курортный отдых тут? С утра до ночи кручусь как белка в колесе, а ты ещё и друзей приглашаешь, даже не поинтересовавшись!
— Да перестань ты, — Виктор уже начинал раздражаться. — Одни бабы умеют из ничего скандал устроить. Баня протапливается каждую субботу, какая разница, буду я там один или с друзьями?
Галина на мгновение застыла, потом медленно вытерла руки о фартук.
— Разница, Виктор, огромная. Разница в том, что когда ты там один, я знаю, что через час ты выйдешь. А когда твои дружки приезжают, вы там до ночи сидите!
— Ну и что такого? — он развёл руками. — Мужики встретились, поговорили о жизни…
— Поговорили! — Галина горько усмехнулась. — Я знаю, как вы там «говорите»! В прошлый раз Серёга твой так «поговорил», что его жена на такси забирать приехала!
— Это он простыл просто, — буркнул Виктор, отводя глаза.
— Простыл, — передразнила Галина. — От холодного, наверное, простыл. А кто потом две недели его, простуженного, на ногах ставил? Его жена! А кто тебя, когда ты тоже «простудишься», обихаживать будет? Я!
Виктор почесал затылок, явно соображая, как выкрутиться из ситуации.
— Галь, ну я же обещал уже. Неудобно как-то отказываться…
— Неудобно, — она кивнула, и голос её стал странно спокойным. — Тебе неудобно друзьям отказать. А мне удобно, значит, всё расхлёбывать?
— Да не будет никакого расхлёбывания! — он уже повышал голос. — Я сам всё сделаю! Баню протоплю, дрова наколю, воду нагрею!
— Ага, как же, — Галина взяла со стола тряпку и принялась яростно вытирать уже чистую столешницу. — Помню, как ты «сам» в прошлый раз всё делал. Дрова я таскала, воду я грела, а потом ещё и убирала после вашей «дружеской встречи»!
— Это было один раз! — возмутился Виктор.
— Один раз?! — Галина бросила тряпку. — Да у меня в блокноте записано! Хочешь, покажу?
— Какой ещё блокнот? — он растерянно посмотрел на жену.
— А такой, — она достала из ящика потрёпанную тетрадку. — Где я веду учёт твоим «обещаниям». Вот смотри: двадцать третье марта — обещал сам протопить баню для друзей, делала я. Пятнадцатое апреля — обещал сам приготовить закуски…
— Да брось ты, — Виктор попытался отмахнуться, но Галина была неумолима.
— …делала я. Седьмое мая — обещал сам убраться после встречи, убиралась я до двух ночи! Продолжать?
Виктор молчал, глядя в пол. Галина захлопнула тетрадь.
— Знаешь что, Виктор? Устраивай свой банный день. Приглашай кого хочешь. Только вот я в этом участвовать не буду.
— То есть как не будешь? — он поднял голову.
— А вот так, — она сняла фартук и повесила его на крючок. — Я к маме уезжаю. Позвонила вчера, она как раз просила помочь с дачей. Так что всё, Виктор, твоя баня — твои проблемы.
— Галя, ты это серьёзно? — в голосе Виктора послышалась неуверенность.
— Более чем, — она направилась к выходу из кухни. — Друзья приедут в четыре? Отлично, я в три уже буду на автобусе. Развлекайся.
— Погоди, погоди, — Виктор догнал жену в коридоре. — Может, не надо так резко? Давай спокойно поговорим…
Галина остановилась, обернулась. На её лице было что-то такое, от чего Виктор невольно отступил на шаг.
— Поговорим? — она усмехнулась. — Знаешь, Витя, мы с тобой уже двадцать два года «спокойно разговариваем». И каждый раз всё заканчивается одинаково — ты делаешь как хочешь, а я разгребаю последствия.
— Да не было никаких последствий! — он попытался возразить, но Галина подняла руку.
— Не было? А кто в прошлом месяце твоего Колю с пола в бане поднимал? Кто скорую вызывал, когда он там перегрелся?
Виктор почесал затылок. Вспомнил он это происшествие. Коля действительно переборщил с температурой, свалился прямо на полок. Хорошо, что Галина услышала грохот и прибежала.
— Ну это же случайность была, — пробормотал он.
— Случайность, — кивнула Галина и прошла в спальню. Виктор последовал за ней. Она уже доставала с антресолей старую дорожную сумку, ту самую, синюю с потёртыми ручками.
— Слушай, а может быть, ты права, — заговорил Виктор примирительно. — Давай я позвоню пацанам, скажу, что переносится?
Галина даже не обернулась, продолжая складывать вещи.
— Не надо, Витя. Звони кому хочешь, приглашай. Я серьёзно к маме еду. Она вчера жаловалась, что грядки совсем запущены, помидоры подвязать некому. Вот и помогу ей, заодно отдохну.
— Отдохнёшь, — повторил Виктор, и в голосе его прозвучала обида. — Значит, со мной тебе отдыхать не с кем, да?
Галина обернулась, и Виктор увидел в её глазах усталость. Не злость, не раздражение — именно усталость, глубокую, застарелую.
— Витя, а когда мы с тобой в последний раз просто отдыхали? Ну вот так — вдвоём, никуда не спеша, не решая чьих-то проблем?
Виктор открыл рот, потом закрыл. Правда, когда? На юбилей свадьбы в прошлом году ездили, но там родня вся была, племянники шумели. На майские праздники собирались на речку, но в последний момент Серёга попросил помочь с ремонтом машины…
— Вот именно, — Галина словно прочитала его мысли. — А мама меня просто так ждёт. Чтобы посидеть на крыльце, попить чаю с вареньем, поговорить. Без этих ваших «важных мужских дел».
Она застегнула сумку, поставила её у двери.
— Автобус в три двадцать. Так что у тебя ещё полчаса, чтобы придумать, как объяснить друзьям, где дрова лежат и как печь в бане правильно топить.
— Я знаю, как топить! — возмутился Виктор.
— Ага, конечно, — Галина прошла мимо него на кухню. — Помню, как ты «знал». В прошлый раз чуть баню не спалил, когда заслонку не вовремя закрыл.
Виктор хотел было возразить, но промолчал. Действительно, тогда дым повалил такой, что соседка Зина к ним с вопросами прибежала, не горит ли чего.
Галина наливала себе чай, когда за окном раздался звук подъезжающей машины. Виктор выглянул в окно и побледнел.
— Это Серёга… Чего это он так рано?
— Видимо, не дождался, — Галина невозмутимо помешивала сахар в чашке. — Придётся самому встречать дорогих гостей.
В дверь постучали. Виктор метнулся открывать. На пороге стоял Серёга с огромным пакетом, от которого несло копчёностями.
— Привет, командир! — он широко улыбался. — Решил пораньше подъехать, помочь с подготовкой. Колян через час будет. Где Галина Петровна? Салют ей передать!
— Здравствуй, Серёжа, — Галина появилась в коридоре с чашкой в руке. — Я как раз собираюсь.
Серёга недоумённо посмотрел на Виктора, потом на Галину, потом снова на Виктора.
— Куда это вы собираетесь? Мы же договаривались…
— Это вы с Виктором договаривались, — Галина поставила чашку на тумбочку. — А я к маме еду. Автобус через двадцать минут.
— Так это как же, — Серёга растерянно переминался с ноги на ногу. — Мы ж рассчитывали на ваше гостеприимство, Галина Петровна…
— Рассчитывали, — она кивнула, надевая куртку. — Вот и Виктор пусть проявит гостеприимство. Он у нас мастер на все руки, сам и баню протопит, и стол накроет, и после вас уберёт.
Виктор стоял красный как рак. Серёга виноватым взглядом посмотрел на него.
— Витёк, может, правда перенесём? Я не знал, что тут такие дела…
— Никаких дел! — Виктор зло дёрнул плечом. — Всё нормально, Галя просто капризничает.
— Капризничаю, — повторила Галина тоном, от которого Серёга инстинктивно попятился к двери. — Двадцать два года капризничаю. Странно, что ты только сейчас заметил.
Она взяла сумку. Виктор шагнул к ней.
— Галь, ну хватит уже. Оставайся, я же говорю, что сам всё сделаю!
— Витя, а баню ты уже протопил? — она посмотрела на него с насмешкой. — Нет? Странно. Гости вот через час будут, а баня холодная. Дрова наколоты? Тоже нет? А веники где лежат, помнишь?
Виктор открыл рот, но ничего не сказал. Галина кивнула.
— То-то же. Ладно, мальчики, развлекайтесь. Сёрёжа, присмотри за ним, а то спалит ещё что-нибудь.
Она вышла за дверь. Серёга неловко кашлянул.
— Витёк, может, правда…
— Заходи уже! — рявкнул Виктор. — Сейчас баню затопим. Справимся без неё.
Они прошли на кухню. Серёга осторожно положил пакет на стол.
— Слушай, а ты точно знаешь, как баню топить?
Виктор налил себе воды, залпом выпил.
— Конечно знаю! Сколько раз видел, как Галя это делает. Ничего сложного — дрова в печь, поджёг, и готово.
— Ага, — Серёга недоверчиво покачал головой. — А заслонку когда открывать? А воду сколько греть? А веники где?
Виктор махнул рукой.
— Разберёмся. Давай лучше пока чего закусим, пока Колян не приехал.
Серёга вздохнул, но промолчал. Они сели за стол. Виктор нарезал колбасу, Серёга достал из пакета банку огурцов.
— Слушай, Витёк, а Галина Петровна серьёзно, похоже, обиделась, — заметил Серёга. — Может, сбегаешь, догонишь, извинишься?
— За что извиняться? — Виктор мрачно жевал бутерброд. — Я что, преступление совершил? Друзей домой пригласил!
— Ну, вообще-то ты её не спросил, — осторожно заметил Серёга. — Моя Ленка тоже психует, когда я народ без предупреждения привожу.
— Вот и живите как хотите, — буркнул Виктор. — А я в своём доме хозяин.
Серёга промолчал, но взгляд у него стал задумчивым.
Приехал Колян — шумный, весёлый, с ещё одним пакетом провизии. Виктор попытался изобразить радушие, но получалось неубедительно.
— Ну что, мужики, давайте баню топить! — объявил он и направился к сараю за дровами.
Оказалось, что дрова нужно ещё наколоть. Виктор с трудом нашёл топор, который Галина всегда аккуратно убирала. Принялся колоть, но получалось криво — половина поленьев разлеталась в стороны.
— Давай помогу, — предложил Серёга.
— Сам справлюсь! — огрызнулся Виктор.
Через полчаса они втроём дотащили дрова к бане. Виктор открыл печь, начал закладывать дрова. Колян наблюдал со стороны.
— Слушай, а ты точно правильно укладываешь? Моя бабка говорила, что нужно сначала мелкие ветки…
— Я знаю! — рявкнул Виктор, раскладывая поленья как попало.
Поджёг. Огонь разгорелся, но почти сразу баню заволокло дымом. Серёга закашлялся.
— Витёк, заслонку открой!
— Какую заслонку?
— Да вон ту, в трубе! — Серёга бросился к печи, стал искать рычажок.
Виктор дёрнул что-то наугад. Дым повалил ещё гуще. Колян распахнул дверь, они вывалились на улицу, кашляя и вытирая слёзы.
— Отлично топишь, командир, — прохрипел Колян. — Ещё чуть-чуть, и соседи пожарных вызовут.
Виктор стоял, глядя на дымящуюся баню, и чувствовал, как внутри всё сжимается от стыда и злости. На себя. На Галину, которая всегда делала это так легко. На всю эту ситуацию.
— Может, позвоним Галине Петровне? — робко предложил Серёга. — Она подскажет…
— Не надо, — отрезал Виктор. — Разберёмся сами.
Они ждали, пока дым рассеется. Потом Виктор снова полез в баню, на этот раз нашёл правильную заслонку. Огонь пошёл как надо, но прошёл уже час.
— Воду греть надо, — заметил Колян. — А где ведро? А где ковш?
Виктор ринулся искать. Нашёл ведро в углу, ковш обнаружился только с третьей попытки — под лавкой. Натаскал воды в бак, но понял, что не знает, сколько её нужно.
— Да лей побольше, — посоветовал Серёга. — Не жалко же.
Налили до краёв. Потом сидели на крыльце, ждали, когда баня прогреется. Колян попытался пошутить, но Виктор не реагировал. В голове крутилась одна мысль: как же это у Галины всегда всё так ладно получалось?
— Слушай, Витёк, — Серёга положил руку ему на плечо. — Ты извини, что мы нагрянули. Я не знал, что ты с Галиной Петровной поругался.
— Не поругались мы, — буркнул Виктор. — Просто она характер показывает.
— Да ладно тебе, — Колян присел рядом. — Она вон как у тебя всё организовывала. Баню топила, стол накрывала, после нас убирала. А ты что ей взамен?
Виктор дёрнул плечом, но промолчал. Серёга продолжил:
— Моя Ленка тоже на меня обижается, когда я без предупреждения народ тащу. Говорит: я тебе не придаток, чтобы мои планы не учитывать.
— И что, ты теперь каждый раз разрешение спрашиваешь? — Виктор усмехнулся.
— Да нет, не разрешение, — Серёга почесал затылок. — Просто говорю заранее. Она может и отказать, если у неё свои дела. Но чаще соглашается, потому что знает — я её мнение уважаю.
Виктор задумался. Действительно, когда он в последний раз спрашивал у Галины, удобно ли ей? Не приказывал, не ставил перед фактом, а именно спрашивал?
Зашли проверить баню. Жарко. Виктор попытался поддать пару — облился с ног до головы, забыл, что ковш надо осторожно подносить к камням. Серёга с Коляном переглянулись, но промолчали.
Попарились немного, но удовольствия особого не было. Виктор всё время думал о Галине. Представлял, как она сейчас сидит у мамы на кухне, пьёт чай. Наверное, рассказывает, какой он неблагодарный.
— Мужики, я, пожалуй, домой поеду, — сказал вдруг Колян. — Жена звонила, что-то с краном у них сломалось.
— И я, пожалуй, — поддержал Серёга. — Ленке обещал сегодня с детьми погулять.
Виктор кивнул. Проводил друзей, потом вернулся в дом. Тишина. На кухне стояла недоеденная колбаса, грязные тарелки. В бане гасли угли. Надо было воду слить, убрать, проветрить.
Он посмотрел на часы. Половина шестого. У мамы Галины телефон обычно на кухне висел, старый ещё, дисковый.
Виктор взял трубку своего телефона, покрутил в руках. Потом набрал номер.
— Алло, — ответил хриплый голос тёщи.
— Антонина Семёновна, здравствуйте, это Виктор. Галина там?
— Подожди, сейчас позову.
Шаги, шорох, потом голос Галины, сухой и настороженный:
— Что случилось?
— Галь, я… Баня остыла.
Молчание. Потом:
— И что мне с этим делать?
Виктор сглотнул. Слова застряли в горле, но он всё-таки выдавил:
— Ничего. Я просто хотел сказать, что ты была права.
Снова пауза. Он слышал, как Галина дышит на том конце провода.
— Права в чём конкретно?
— Во всём, — он потёр лоб рукой. — Я действительно не умею баню топить. Чуть не спалил. Дрова криво наколол. Воды налил столько, что теперь не знаю, куда девать. Друзья уехали. Я тут один сижу в этом бардаке и понимаю, что полный идиот.
— Виктор, ты звонишь, чтобы я вернулась и убрала за тобой? — в голосе Галины зазвучала знакомая усталость.
— Нет! — он выдохнул. — Нет, Галь. Я сам уберу. Сам всё сделаю. Просто хотел извиниться. И сказать, что… что я даже не представлял, сколько ты всего делаешь.
Тишина затянулась. Виктор уже думал, что связь оборвалась, но Галина наконец заговорила:
— Знаешь, Витя, я не злюсь на баню. И не на твоих друзей. Я устала быть невидимкой. Устала от того, что моё мнение не имеет значения. Что я узнаю о твоих планах постфактум.
— Я понял, — он кивнул, хотя она не могла этого видеть. — Галь, когда вернёшься?
— Мама просила остаться до воскресенья. Грядки действительно в запущенном состоянии.
— Хорошо, — Виктор посмотрел на грязную кухню. — Тогда у меня есть время всё привести в порядок.
— Главное, не спали дом, — в голосе Галины прозвучала едва заметная усмешка.
— Постараюсь, — он тоже попытался улыбнуться. — Галь, а давай, когда вернёшься, мы просто посидим вдвоём? Никаких друзей, никаких дел. Съездим куда-нибудь.
— Посмотрим, — ответила она. — Сначала дом приведи в порядок. Потом поговорим.
— Договорились.
Виктор положил трубку. Встал, посмотрел на беспорядок вокруг. Закатал рукава. Пошёл в баню — сливать воду, убирать золу, проветривать. Потом вернулся на кухню — мыть посуду, вытирать стол, выносить мусор.
Работал до темноты. Когда закончил, было уже поздно. Виктор обошёл дом, проверяя, всё ли убрал. В бане пахло берёзовым веником и чистотой. На кухне блестели вымытые тарелки.
Он налил себе чай, сел у окна. Вспомнил, как Галина всегда всё это делала. Одна. Без его помощи. Без благодарности.
Достал телефон, написал эсэмэску:
«Спасибо тебе. За всё».
Ответ пришёл через несколько минут:
«Привыкай говорить это чаще. И главное — вовремя».
Виктор усмехнулся. Допил чай. Завтра нужно было наколоть дров про запас. И научиться наконец правильно баню топить. На всякий случай. Чтобы в следующий раз, если он захочет пригласить друзей, сначала спросить у Галины. А потом уже вместе решить — протапливать или нет.
