Какая бы длинная зима ни была, но и она потихоньку отступала.
Еще были ночные морозы, и по утрам ледок хрустел под ногами. Но и ледок уже был не тот. Не каменный, бугристый и скользкий, а рыхлый и ломкий. Да и вечерами уже темнело позже, а сумерки напоминали Наташе детство…
Родителям она всегда клятвенно обещала придти домой засветло, да и на улице вроде казалось, что ещё светло. В синих сумерках они с подружками катались на ногах с невысокой ледяной горки, а мальчишки крутились рядом, и кричали,
— Наташка не упадет, она самая ловкая и красивая!
И она старалась.
Шапочка с помпоном еле держалась на растрепанных волосах Наташи. У пальтишка аж нижняя пуговица оторвалась «с мясом», и потерялась, вот бабушка будет ругать, что пальто испорчено. Но щеки её пылали — ведь рядом с другими мальчишками стоял взрослый мальчик.
Наташа тогда в седьмом классе училась, а Игорь школу заканчивал.
Игорь не кричал, словами не поддерживал Наташу, он просто молча смотрел, как она ехала на ногах с ледяной горки, выставив вперед ногу.
И она понимала, что нравится ему, и старалась доехать дальше других девочек, не присесть, и не упасть, а доехать стоя на ногах!
— Наташа лучше всех съехала, она королева горки, — объявлял Мишка Ковалев, одноклассник и Наташин ухажёр.
Но ей нравился Игорь, он самый умный и смелый мальчик из их школы…
— Наташа — лучшая, — снова крикнул Миша, но в самый последний момент Марина незаметно, из зависти, ножку Наташе подставила.
Ей обидно было, что Наташа опять первая, а Наташа споткнулась о мысок её сапога, и нелепо присела, покатилась и растянулась внизу. Одна нога её вывернулась, и она никак не могла встать, и некоторые ребята даже смеялись,
— Какая же она чемпионка, она обычная, никакая она не королева горки.
В сумерках никто и не заметил подлое движение Маринки, все решили, что Наташа просто не устояла. Но вдруг первым к ней подошёл даже не Мишка, а Игорь.
Он протянул ей обе руки,
— Тебе очень больно? Держись, я тебе помогу до дома дойти.
Во время падения шапка совсем слетела с её головы, кудрявые волосы растрепались, а щеки были пунцовые от обиды и боли.
Но Игорь лишь прикрикнул на ребят,
— Ну-ка всем молчать, это не смешно, ей же больно!
И все сразу замолчали, а Марина снова с завистью посмотрела на Наташу.
Ведь взрослый парень ей помогал встать, а потом пошёл её провожать, и почему этой Наташке так всегда везёт…
*****
И вот снова эти таинственные сумерки, такие синие, и словно что-то обещающие, да только больше сорока лет уже прошло с тех пор.
И уже два года, как нет её мужа Игоря рядом, и Наташе уже вторая весна совсем не в радость.
Что ей теперь эта весна, и лето, если нет рядом любимого мужа. Дочка и сын уже совсем взрослые. Трое внуков есть, сын далеко живёт, но часто звонит, а дочка рядом, и не забывает Наталью Львовну. Да и она очень любит и детей, и зятя, и невестку, и внуков.
Но у них своя жизнь, а ей без её Игоря очень тоскливо, ничего не радует. Жизнь его так неожиданно оборвалась, что Наташе кажется, что и она словно и не живет теперь…
А ведь ей только пятьдесят девять лет, и Игорь говорил, что она у него самая красивая и молодая. Но больше ей уже не услышать таких слов, в которые она поверит, только он умел так ей сказать…
Дочка на неё ругается,
— Мама, ну так тоже нельзя, папу уже не вернуть, что ты себя хоронишь? Съезди или сходи куда нибудь с подругой, с тётей Леной например, хватит дома сидеть.
Ну как объяснить дочке, что для Наташи муж был всегда лучшим другом. Она и на работе больше с мужчинами дружила, не может она долго с подругами общаться, ну такая вот она…
Наталья Львовна все же стряхнула с себя апатию, и решила пройтись. В витринах магазинов уже убрали атрибуты зимы, а в цветочные палатки завозили мимозы и первые тюльпаны.
Игорь всегда ей покупал цветы в палатке за углом, торговала ими милая женщина, а иногда ей помогала дочь.
Наталья Львовна завернула за угол, и увидела в окне этой цветочной палатки мужчину. Это был муж цветочницы, его они тоже как-то видели.
И она открыла дверь этого цветочного оазиса, словно ей захотелось окунуться в прошлое…
— Здравствуйте, вы пришли выбрать цветы? Розы, мимоза или вот эти тюльпаны? А может вам нравится эустома, у нас она тоже есть, — говорил мужчина улыбаясь, но глаза у него были грустные.
— Я ещё не решила… обычно муж мне покупал… а где эта милая женщина цветочница, которая обычно тут торговала? — спросила Наталья, и заметила, что взгляд мужчина совсем потух.
— Нонны больше нет, это была моя жена, она долго болела. Я хотел продать палатку, но дочка настояла, чтобы мы с ней тут работали в память о маме, она очень любила цветы…
— Простите, я не знала, мне очень жаль, а я… Я тоже с мужем раньше сюда приходила, а теперь я тоже одна, — зачем-то стала объяснять Наталья.
— Возьмите цветы, Нонна любила эустому, берите, а денег не надо, — протянул ей букет мужчина.
И Наталья не смогла не принять подарок, в его взгляде была такая тоска, а цветы эти были именно те, которые ей дарил Игорь по совету Нонны, нежная, хрупкая и прекрасная эустома…
Через какое-то время ноги сами привели Наталью Львовну в эту цветочную палатку.
Там опять был этот мужчина, на его бейджике она увидела имя — Аркадий. А в его глазах вдруг появилась теплая улыбка.
— Я рад вас видеть, вы сегодня не такая грустная, — сказал он, и неожиданно спросил, — Как вас зовут?
— Наталья Львовна, — удивлённо ответила она.
— А я — Аркадий Иванович, а вы, Наташа, может составите мне компанию? Дочка сейчас меня подменит, а я пойду в кафе пообедать, надоело одному…
Наталья Львовна вдруг поняла, что тоже хочет есть, давно у неё не было такого аппетита, и она согласилась,
— А знаете, я не возражаю…
Они ели чебуреки, пили чай, разговаривали обо всём подряд, и никак не могли наговориться. Это был иной голод, голод по дружескому тёплому общению, и его было сложнее утолить. Чебуреком и стаканом чая точно не обойдёшься.
— А ты любишь ездить за город на шашлыки? А ходить за грибами любишь? Или может хочешь пойти в зоопарк, я там сто лет не был, можно внуков с собой взять, — спрашивал Аркадий.
И Наташа вдруг поняла, что она хочет всё.
Она хочет ездить за город, и слышать в ночи пение соловья, и в зоопарк тоже хочет, и вообще на улице уже почти весна. Ею уже пахнет, и лучи солнца уже проникают сквозь серые тучи. И скоро начнут распускаться почки, и ветерок будет трепать нежную зелень листьев…
— Да, я хочу, — сдерживая себя, сказала Наташа.
— С чего начнём? — спросил Аркадий, и в его глазах уже не было прежней тоски, а плескалась жизнь.
— Мне всё нравится
— Тогда будем действовать по порядку, список у меня большой, — сказал Аркадий, и улыбнулся…
— Мама, у тебя что, появился мужчина? — через какое-то время спросила Наталью Львовну дочь.
— Нет, это просто мой хороший друг, ты же понимаешь, я любила и люблю только папу, — тут же ответила Наталья Львовна.
Аркадий же ей не давал повода усомниться, что они просто друзья. Он и сам однажды сказал,
— Думаю, что моя Нонна и твой Игорь не обидятся? Они же понимают, что мы просто друзья, да, Наташа?
— Конечно, и я думаю, что они даже рады, что мы не унываем, — улыбнулась Аркадию в ответ Наташа…
Считается, что между мужчиной и женщиной не бывает дружбы. А на деле такая дружба бывает, редко, но бывает. И она не менее дорога, чем любовь, в ней есть и сердечность, и душевная теплота, и щедрость.
Хотя конечно это иная дружба, и природу не обманешь.
В такой дружбе всегда бывает замаскирована симпатия. Мужчина никогда не будет дружить с женщиной, которая ему не нравится, да и женщина тоже.
Но главное то, что Наташа и Аркадий больше не так остро ощущают одиночество. А останутся ли они просто друзьями, или их теплые чувства сделают их ещё ближе, наверное уже не так важно.
Ведь они уже и так идут вместе и продолжают жить, ведь их жизнь ещё продолжается…
