Мама зарегистрировалась на сайте знакомств в феврале — после того как я два года уговаривала, а она два года отказывалась: «Люда, мне пятьдесят шесть, кому я нужна в интернете?» Я сама написала анкету, выбрала фото, настроила фильтры. Мама прочитала, вздохнула и сказала: «Ну, давай попробуем. Хуже не будет».
Хуже — не стало. Но и лучше — пока тоже.
За четыре месяца маме написали одиннадцать мужчин. Я знаю точную цифру, потому что после каждого она мне звонит и пересказывает — слово в слово, с интонациями, с паузами, иногда со слезами.
Вот три истории из одиннадцати. Не самые страшные — самые показательные.
Первый: Геннадий, 61. «Мне бы кто борщ варил»
Написал коротко: «Добрый день, Валентина. Вы симпатичная женщина. Я вдовец, живу один, дети далеко. Ищу хозяйственную женщину для совместной жизни». Мама ответила, переписывались неделю. На первом созвоне — третья минута разговора:
— Валентина, а вы готовить умеете?
— Умею, конечно.
— А что? Борщ, котлеты, пельмени?
— И борщ, и котлеты.
— Замечательно. А стирать? У меня машинка старая, руками приходится.
— Геннадий, мы ещё не встретились, а вы уже спрашиваете про стирку.
— А зачем ходить вокруг да около? Мне шестьдесят один, Валентина. Мне нужна женщина в доме. Готовить, стирать, убирать. Я мужчина обеспеченный, пенсия хорошая, квартира своя. Вам не придётся работать — просто быть хозяйкой.
— Геннадий, я не домработница. Я ищу мужчину для общения, для жизни.
— Так это и есть жизнь, Валентина! Я на работу, вы по хозяйству. Вечером — телевизор вместе. Что ещё надо?
Мама положила трубку и позвонила мне:
— Люда, он ищет кухарку с пропиской. Удали его.
Второй: Владимир, 58. «У меня давление и колено»
Переписывались две недели — приятно, интеллигентно. Бывший преподаватель, цитировал стихи, интересовался мамиными увлечениями. Мама оживилась: «Людочка, кажется, нормальный человек». Встретились в парке. Первые двадцать минут — прекрасно: разговор, смех, скамейка у пруда. Потом Владимир перешёл к делу.
— Валентина, я должен быть честен. У меня проблемы со здоровьем. Давление, колено — артроз, спина. Мне нужен человек рядом, который будет помогать. Таблетки, уколы, массаж.
— Владимир, все мы не молодеем…
— Да, но я — особенно. Мне трудно одному. Дети работают, приезжают раз в месяц. Мне нужна женщина, которая будет рядом каждый день. Присматривать.
— Присматривать — как за больным?
— Ну… не за больным. Скорее — помогать. Утром давление измерить, вечером мазь на колено. Ничего сложного.
— Владимир, это не отношения. Это сиделка.
Он обиделся: «Сиделке я плачу двадцать тысяч в месяц, а вам предлагаю семью». Мама встала со скамейки и ушла.
Позвонила мне: «Люда, он ищет медсестру с чувствами. Чтобы и укол поставила, и вечером на диване посидела. Следующий».
Третий: Анатолий, 63. «А квартира ваша в собственности?»
Этот был хитрее. Месяц переписки, два созвона, одна встреча в кафе — и ни слова про быт или здоровье. Вежливый, ухоженный, с машиной. На второй встрече — прогулка по набережной, мороженое, разговор о путешествиях. Мама расцвела.
На третьей встрече — ужин. Ресторан, свечи, вино. И между основным блюдом и десертом:
— Валентина, а вы давно в своей квартире живёте?
— Двадцать лет. С мужем покупали.
— Трёхкомнатная, да? Район хороший. А оформлена на вас?
— На меня. А почему вы спрашиваете?
— Просто интересуюсь. А прописаны только вы?
— Я и дочь.
Мама поняла — не сразу, но к десерту. Когда он спросил «а дочь планирует жить отдельно?» — всё стало прозрачным.
— Анатолий, вам нужна не я. Вам нужна моя трёхкомнатная квартира.
— Валентина, зачем вы так? Я просто хочу понимать перспективу.
— Перспектива такая: ужин заканчивается, и мы больше не встречаемся. Квартиру я не сдаю — ни в аренду, ни в отношения.
Вечер, когда мама сказала правду
После Анатолия мама позвонила — не с пересказом, а с тишиной. Молчала в трубку, потом сказала:
— Люда, я больше не хочу. Три мужчины — и каждому от меня нужна услуга. Одному — борщ, второму — укол, третьему — квартира. Ни один не спросил, о чём я мечтаю, что люблю, чего боюсь. Ни один не посмотрел на меня как на женщину, а не как на ресурс.
— Мам, это три из одиннадцати. Может, четвёртый…
— Четвёртый спросит, умею ли я водить, чтобы возить его в поликлинику. Людочка, я устала. Мне пятьдесят шесть, я похоронила мужа, вырастила тебя, работаю, живу. Я не слабая и не бедная. Но на этих сайтах я — набор опций: варит, лечит, прописывает. Как стиральная машина с функцией обогрева.
Я сидела в своей квартире, слушала маму и чувствовала, как сжимается горло. Потому что она права: на сайтах знакомств для людей за пятьдесят женщина — это не человек, а вакансия. И мужчины приходят не знакомиться, а заполнять позицию — кухарку, сиделку или жиличку с пропиской.
Мама не удалила анкету. Говорит: «Пусть висит, вдруг кто-нибудь напишет нормальный». Я не спорю — потому что верить в «нормального» после трёх ненормальных тяжело, но перестать верить — ещё тяжелее.
Недавно мама сказала мне по телефону: «Людочка, знаешь, что самое обидное? Я пятьдесят шесть лет прожила — вырастила тебя, похоронила мужа, работаю, сама плачу за квартиру. А на сайте знакомств я — не человек, а набор навыков: варю, лечу, прописываю. Как будто вся моя жизнь — это резюме для вакансии «жена на полставки»». Я молчала в трубку и думала: мама, ты заслуживаешь мужчину, который спросит «о чём ты мечтаешь?» — а не «а квартира в собственности?». И я найду тебе такого. Или ты найдёшь сама — потому что ты сильнее, чем все Геннадии, Владимиры и Анатолии вместе взятые.
Хочу спросить — от имени моей мамы и всех женщин за пятьдесят:
Женщины 50+: что вам предлагали на сайтах знакомств — отношения или «вакансию»?
Мужчины: вы ищете женщину — или функцию, которая варит, лечит и прописывает?
Когда мужчина за шестьдесят спрашивает «а квартира ваша?» на третьем свидании — это практичность или единственное, что его по-настоящему интересует?
