— Наташенька, зачем ты Игорёчке макароны варишь? Ему же нельзя такую тяжёлую пищу на ночь!
Наталья замерла у плиты, сжав в руке деревянную ложку. Валентина Петровна, как обычно, возникла на пороге кухни словно из воздуха. В руках у свекрови — судочек с чем-то бежевым и непонятным.
— Я ему куриную грудку с овощами притушила. Видишь, как я о нём забочусь? А ты, милая, опять за вредности взялась.
— Валентина Петровна, это обычные спагетти. Игорь сам попросил.
— Попросил? — свекровь поставила судочек на стол с таким стуком, будто забивала гвоздь. — Он у меня с детства не знает, что ему полезно! Вот поэтому мать и должна следить. Ты ещё молодая, не понимаешь.
Наталья почувствовала, как внутри что-то сжалось. Три года. Три года она терпела эти «заботливые» набеги.
— Мам, опять ты? — в кухню вошёл Игорь, потирая глаза. — Мы же договаривались, что ты предупреждаешь, когда приходишь.
— Игорёчек! — Валентина Петровна бросилась к сыну. — Да я же ключи забрала, когда в прошлый раз была. Ты простыл тогда, помнишь? Вот я и подумала, что надо проверить, как вы тут. А тут — макароны на ночь глядя!
Наталья выключила плиту. Спагетти в кастрюле жалко булькали, словно понимая, что их участь решена.
Всё началось год назад, когда Валентина Петровна «случайно» попросила запасные ключи. «На всякий случай, вдруг что», — тогда казалось разумным. Теперь «всякий случай» происходил три-четыре раза в неделю.
— Я вам вот что скажу, — свекровь достала из сумки ещё один контейнер. — Завтра Игорю на работу возьмёт мой творожок. Домашний, не эта химия из магазина.
— Мама, я творог не ем, — Игорь сел за стол.
— Вот именно! Потому у тебя и гастрит был в прошлом году. Кальция не хватает. А я, между прочим, в пять утра встала, чтобы его приготовить.
Наталья сжала кулаки. Гастрит у Игоря случился после того, как он месяц питался исключительно мамиными «полезными» кашами.
Планировал расширение рассказа и добавление конфликта.
— Валентина Петровна, может, всё-таки позвоните перед приходом? — Наталья попыталась сохранить спокойствие. — Вы же понимаете, мы можем быть заняты.
— Заняты? — свекровь прищурилась. — Игорь, ты слышишь, как она со мной разговаривает? Я, между прочим, тебя на ноги поставила! Когда отец помер, я одна вас с сестрой подняла. Работала на двух работах! А теперь вот, старость — не радость.
— Мам, никто не говорит о твоей старости, — Игорь виноватым взглядом посмотрел на жену.
— Зато думают! — Валентина Петровна схватилась за сердце. — Вот досидела я с вами до приступа. Сейчас пойду, не буду мешать вашему семейному счастью. Только таблетки забыла… Игорёчек, проводи меня до аптеки?
Наталья видела этот спектакль уже сотни раз. Сердце у Валентины Петровны было здоровое, как у космонавта — проверяла недавно. Но как только разговор заходил о границах, начинались «приступы».
— Я провожу, — неожиданно сказала Наталья. — Игорь, поешь. Я скоро.
Свекровь замерла, явно не ожидая такого поворота.
На лестничной площадке Наталья остановилась.
— Валентина Петровна, давайте откровенно. Это не забота. Это контроль.
— Ты что себе позволяешь?! — свекровь вспыхнула. — Я сына от тебя отбиваю? Я ему добра желаю!
— Своего добра. Вы решаете, что ему есть, когда спать, какую работу искать. Вы три раза в неделю приходите без предупреждения. У вас даже ключи от нашей квартиры!
— Он мой сын!
— И мой муж! — голос Натальи сорвался. — Знаете, что он мне вчера сказал? Что боится вас расстроить. В тридцать пять лет он боится сказать матери «нет»!
Валентина Петровна побледнела, потом покраснела.
— Значит, ты меня из его жизни вычеркнуть хочешь? Я так и знала! Все невестки одинаковые — змеи подколодные!
— Я хочу, чтобы вы научились спрашивать разрешения. Чтобы звонили в дверь. Чтобы не решали за взрослого человека, что ему есть и как жить.
— Неблагодарная! — свекровь схватила сумку. — Я для него жизнь положила, а он жениться умудрился на такой… Игорь обо всём узнает. Посмотрим, на чьей стороне он будет!
Наталья достала из кармана ключи от квартиры и протянула свекрови.
— Это ваши. Больше они вам не понадобятся. Звоните заранее, мы всегда рады вас видеть. Но по приглашению.
Валентина Петровна смотрела на ключи, не веря.
— Игорь этого не одобрит…
— Он одобрил. Мы обсуждали это неделю. Просто он не решался сам сказать.
Когда Наталья вернулась, Игорь сидел на кухне. Спагетти остыли.
— Я слышал, — тихо сказал он. — Всё слышал через дверь.
— Извини. Знаю, тебе тяжело.
— Нет. — он встал и обнял её. — Спасибо. Я сам должен был это сделать давным-давно. Просто… боялся. Она столько для меня сделала. Казалось, я предатель, если поставлю границы.
— Любовь и границы не противоречат друг другу, — Наталья прижалась к нему.
Телефон пискнул. Сообщение от Валентины Петровны: «Игорёк, я подумала. Может, действительно буду звонить заранее. Просто привыкла, что ты маленький. А ты вырос уже.»
Игорь показал экран Наталье.
— Знаешь, мама не злая, — он улыбнулся. — Просто не заметила, когда я перестал быть ребёнком.
— Зато заметила сейчас, — Наталья включила чайник. — Давай разогрею твои спагетти?
— Давай. И знаешь что? Они вкуснее маминых диетических каш.
Они засмеялись.
