— Папа, что происходит? Почему ты не берешь трубку? — Кира чуть не плакала в телефон.
— Занят был, — глухо ответил Виктор. — Ты что-то хотела?
— У тебя через неделю юбилей, шестьдесят лет. Мы с Лешкой хотели организовать праздник, как ты мечтал, на даче, с шашлыками…
— Не надо, — резко перебил ее отец. — Мы со Светой уже все решили.
— С какой Светой? — опешила Кира.
— С женой моей. Я женился. Праздновать будем в ресторане, ты и Лешка приглашены, конечно. Я адрес пришлю.
Кира растерянно положила трубку. Всего полгода прошло с тех пор, как не стало их мамы, Елены. Отец, казалось, был убит горем. А теперь… женился? Кто эта Света и откуда она взялась?
— Похоже, у нашего папы кризис среднего возраста, — усмехнулся старший брат Алексей, когда Кира рассказала ему новость. — Ну что ж, посмотрим, что за фрукт эта его Светлана.
В день юбилея брат с сестрой приехали в шикарный ресторан. Гостей было много, но почти все были им незнакомы. Отец, сияющий и помолодевший, под руку с холеной блондинкой лет сорока пяти подходил к столикам, принимая поздравления.
— Папа! — Кира шагнула к нему, но дорогу ей преградила та самая блондинка.
— Простите, вы кто? — ледяным тоном спросила она.
— Я его дочь, Кира. А это мой брат Алексей.
— А-а-а, — протянула Светлана, и ее нарисованные губы скривились в усмешке. — Те самые. Витя, тут твои дети пришли.
Отец обернулся, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на досаду.
— Привет, дети. Проходите, садитесь вон там, в уголке. Светлана, милая, пойдем, нас ждут.
Кира и Алексей переглянулись. Что это было? Почему отец представил их так, будто они случайные знакомые? Почему посадил в самый дальний угол, подальше от себя?
— Тут что-то нечисто, — прошептал Алексей сестре. — Эта тетка явно настроила его против нас.
Весь вечер Светлана порхала по залу, одаривая всех лучезарными улыбками. Всех, кроме Киры и Алексея. На них она смотрела с откровенным презрением. Отец же, казалось, был полностью под ее каблуком, смотрел на нее влюбленными глазами и выполнял любую ее прихоть.
После юбилея видеться с отцом стало еще сложнее. Он редко отвечал на звонки, а если и отвечал, то разговор был коротким и сухим. Светлана всегда была рядом и контролировала каждое его слово.
— Витюша, не отвлекайся, обед стынет! — слышала Кира в трубке ее приторно-сладкий голос. — Ах, это твои детишки… Передай им, чтобы не звонили так часто, у нас своя жизнь.
Вскоре отец перестал звонить сам. Он продал их старую квартиру, где все напоминало о покойной жене, и переехал в новый дом, который купила Светлана. Точнее, который они купили на деньги отца, но оформила она его почему-то на себя.
— Для удобства, милый, — щебетала она. — Зачем тебе возиться с бумагами?
Кира и Алексей чувствовали, что теряют отца. Светлана, словно паук, плела вокруг него паутину, отрезая от всего, что связывало его с прошлой жизнью.
— Она явно охотится за его деньгами, — делился опасениями Алексей. — Нужно что-то делать, пока она не оставила его ни с чем.
Однажды Кира, набравшись смелости, приехала к отцу без приглашения. Дверь открыла Светлана.
— Что вам нужно? — ее лицо исказилось от злости.
— Я к отцу, — твердо сказала Кира.
— Его нет дома. И вообще, не смейте сюда больше приходить! Он не хочет вас видеть! Вы только и думаете, как бы вытянуть из него деньги!
— Это неправда! — крикнула Кира, но Светлана уже захлопнула дверь перед ее носом.
Сердце Киры сжалось от обиды и беспомощности. Как убедить отца, что его обманывают? Как пробиться сквозь стену, которую выстроила вокруг него эта хищница?
Однажды Алексей, пытаясь дозвониться отцу, наткнулся на грубость Светланы. Она кричала в трубку, что Виктор болен, что дети его довели, и что она больше не позволит им приближаться к нему.
— Я вызову полицию, если вы еще раз явитесь! — визжала она.
Это стало последней каплей.
— Все, хватит, — решительно сказал Алексей сестре. — Мы должны бороться за отца. Эта женщина его погубит.
Они наняли частного детектива. Тот быстро выяснил, что Светлана — профессиональная аферистка. За ее плечами было уже два брака с состоятельными вдовцами, которые после развода оставались ни с чем. Она была мастером манипуляций, умела втираться в доверие и подчинять себе людей. Ее взрослый сын Игорь был ее подельником, играл роль любящего пасынка, помогая матери обчищать «папочек».
— У вас серьезный противник, — заключил детектив. — Обычными уговорами вы отца не переубедите. Вам нужны неопровержимые доказательства.
Алексей и Кира начали действовать. Первым делом они связались с Зинаидой Петровной, их старой соседкой. Добрая старушка всегда любила их семью и с подозрением отнеслась к появлению Светланы.
— Ох, деточки, хорошо, что вы нашлись! — всплеснула руками Зинаида Петровна. — Эта Света — змея подколодная! Сразу видно! Я уж и Виктору говорила, смотри, мол, в оба, но он как ослеп.
Соседка рассказала, как Светлана постоянно настраивала отца против них.
— Как ни приду, она ему на ухо шепчет: «Дети тебе не звонят, забыли про тебя, только деньги твои им нужны». А когда вы звонили, она ему телефон не давала, врала, что вы не хотите с ним говорить. Я все слышала через стенку, она ведь не стеснялась, кричала на него, чтобы он с вами не общался.
Потом они нашли детей и бывших жен сыночка Светланы, Игоря. Те подтвердили, что Игорь такой же аферист, как и его мать. Он жил за счет своих женщин, вытягивал из них деньги, а потом бросал с долгами.
Вооружившись этими сведениями, Кира решилась на отчаянный шаг. Она снова поехала к отцу, на этот раз разыграв целый спектакль.
— Простите меня, Светлана, — плакала она на пороге. — Простите, папа. Я была неправа, что лезла в вашу жизнь. Я просто очень скучала по папе…
Светлана, решив, что дочь сломалась и теперь ее можно будет использовать, сменила гнев на милость.
— Ну что ты, девочка, — она обняла Киру. — Конечно, мы тебя прощаем. Заходи, выпей с нами чаю.
Кира села за стол и, пока Светлана возилась с чайником, незаметно включила диктофон на телефоне. Она продолжала играть роль раскаявшейся дочери, говорила, как восхищается Светланой, ее красотой и умом.
Польщенная аферистка расслабилась и стала откровенничать.
— Да, твой отец — простофиля, конечно, — хихикала она. — Я им верчу как хочу. Уже почти все его денежки перевела на свой счет. Дом на мне, машина на мне. Осталось только завещание переписать, и дело в шляпе.
Виктор сидел рядом, смотрел в одну точку и молчал. Казалось, он был под гипнозом.
— А вы с Лешкой — его главная ошибка, — продолжала Светлана, входя в раж. — Неблагодарные детишки. Но ничего, я вас на место поставила. Скоро он и имена ваши забудет.
Кире стоило огромных усилий, чтобы не вскочить и не наброситься на эту женщину. Она с трудом досидела до конца чаепития, а потом пулей вылетела из дома.
— У нас все есть, — сказала она брату, когда они встретились. — Теперь мы сможем открыть отцу глаза.
На следующий день они снова приехали к Виктору. На этот раз Светлана встретила их с улыбкой. Она была уверена, что дети сломлены и пришли просить милостыню.
— Папа, мы хотим тебе кое-что показать, — твердо сказал Алексей.
Он достал ноутбук и включил запись вчерашнего разговора. Лицо Светланы менялось с каждой секундой. Оно белело, потом краснело, глаза сузились в злобные щелочки.
Когда зазвучали ее слова о «простофиле-отце» и «неблагодарных детишках», Виктор вздрогнул. Он медленно поднял голову и посмотрел на жену. В его глазах больше не было обожания — только шок и разочарование.
— Что… что это? — пролепетал он.
— Это правда, папа, — мягко сказала Кира. — Светлана — аферистка. Она обманывала тебя с самого начала. Она и ее сын Игорь уже обчистили нескольких мужчин до тебя.
— Это ложь! Они все врут! — взвизгнула Светлана. — Витенька, не верь им! Они просто завидуют нашему счастью!
Но Виктор ее уже не слушал. Он смотрел на сына и дочь, и в его взгляде читалась страшная боль. Он осознал, как жестоко ошибался, как легко позволил себя обмануть и предать самых близких людей.
— Вон, — тихо сказал он, указывая на дверь.
— Что? — Светлана не верила своим ушам.
— Вон отсюда! Убирайся из моего дома и из моей жизни! — закричал Виктор, и его лицо исказилось от ярости. — Ты меня обманула, ты настроила меня против моих детей! Ты хотела украсть у меня все!
— Но дом на мне, и деньги… — попыталась возразить Светлана.
— А это мы еще посмотрим, — вмешался Алексей. — У нас есть все доказательства твоего мошенничества. Все записи, все показания свидетелей. Так что лучше уходи по-хорошему, пока мы не обратились в полицию.
Светлана поняла, что игра проиграна. Схватив сумочку, она выбежала из дома, бросив на прощание полный ненависти взгляд.
Отец сидел на диване, закрыв лицо руками. Его плечи сотрясались от беззвучных рыданий.
— Дети… простите меня, — прошептал он. — Простите… я был таким дураком… таким слепым…
Кира и Алексей подошли и сели рядом. Кира обняла отца, и тот прижался к ней, как маленький ребенок.
— Все хорошо, папа, — гладила она его по голове. — Все будет хорошо. Мы рядом.
Впереди их ждали суды с аферисткой. Светлана пыталась отсудить дом и деньги, но все доказательства были против нее. В итоге ей пришлось вернуть Виктору все до копейки, а ее саму вместе с сыном Игорем привлекли к ответственности за мошенничество.
Отношения с отцом налаживались медленно. Виктору было стыдно за свою слабость и доверчивость. Он долго не мог смотреть детям в глаза. Но Кира и Алексей были терпеливы. Они понимали, какую травму пережил их отец, и делали все, чтобы помочь ему оправиться.
Они снова стали собираться все вместе на даче, как раньше, при маме. Жарили шашлыки, смеялись, вспоминали смешные истории из детства. И с каждым разом во взгляде Виктора становилось все меньше боли и все больше тепла.
Однажды, сидя у костра, он взял детей за руки.
— Спасибо вам, — сказал он тихо. — Спасибо, что не бросили меня. Что боролись за меня. Вы — мое главное богатство. Я так люблю вас.
— И мы тебя любим, папа, — улыбнулась Кира сквозь слезы.
Алексей молча сжал отцовскую руку. В треске поленьев, в свете пламени, в теплых объятиях друг друга они снова были семьей. Настоящей. Той, которую не разрушить никаким хитростям и обману.
