— Маринка, открывай давай! Я к внучатам приехала, гостинцев привезла!
Марина замерла у двери, глядя в глазок на Валентину Петровну с огромными баулами. Суббота, десять утра. Игорь только что уехал на работу.
Дети подбежали из комнаты:
— Мама, бабушка приехала!
Марина открыла дверь, но встала в проёме, загородив вход.
— Валентина Петровна, сегодня неудобно.
Свекровь вытаращилась:
— Это как неудобно?! К своим внукам приехать нельзя?!
— Нельзя. Приезжайте в другой раз, заранее предупредив.
— Да ты спятила?! Игорька позови немедленно!
— Игорь на работе.
— В субботу-то? Брешешь! Ты его выгнала, да? Я так и знала, что ты довести его можешь!
Даша потянула ручки к бабушке. Марина спокойно:
— Даша, Лёва, идите мультики смотреть.
— Видишь, как она с детьми?! Оттолкнула от родной бабушки! — Валентина Петровна попыталась протиснуться в дверь. — Убери руки, я сказала!
— Я не пущу вас в мой дом.
— В ТВОЙ дом?! — голос свекрови взлетел на октаву. — Да эту квартиру Игорёк купил! На МОИ деньги, между прочим! Я ему на первый взнос дала!
Марина усмехнулась:
— На долю в наследстве вашей матери, которую вы присвоили вместо троих детей? Игорь мне всё рассказал.
Лицо Валентины Петровны побелело.
— Пять лет, Валентина Петровна. Пять лет я терплю ваши визиты без предупреждения и советы, как мне жить.
— Какие советы?! Я ПОМОГАЮ тебе! Неблагодарная!
— Помогаете? Вы на прошлой неделе звонили моей маме и говорили, что я плохая мать, что детей надо забрать.
— Я просто беспокоилась о внуках!
— Вы сказали, что я морю их голодом. У меня запись есть, мама ваш звонок записала. Хотите послушать?
Валентина Петровна схватилась за сердце:
— У меня давление… скорую вызывай… на лестнице холодной помру…
— Не помрёте. У вас рабочее давление 140 на 90, вы сами всем об этом рассказываете. Кардиолог говорил — сердце здоровое.
Телефон Марины зазвонил. Игорь.
— Мама написала, что ты её не пускаешь! Ты что творишь?!
— Именно то, что сказала.
— Она с дороги! Устала! Сумки тяжёлые!
— Игорь, я не пущу её. Если хочешь видеться — встречайтесь на нейтральной территории.
Гудки. Игорь бросил трубку.
Через двадцать минут Игорь влетел в подъезд, взбежал по ступенькам.
— Марина, впусти маму немедленно!
— Нет.
— Это безумие какое-то! Она моя мать!
— Именно. Твоя. Не моя.
Валентина Петровна всхлипнула:
— Игорёк, родной, ты видишь, что она вытворяет?! Я же стараюсь для вас!
Марина достала телефон:
— Валентина Петровна, месяц назад вы рассказали соседке Анне Семёновне, что я изменяю Игорю. Просили её приглядывать за мной.
— Я такого не говорила!
— Анна Семёновна мне позвонила и предупредила.
Игорь повернулся к матери:
— Мам, это правда?
— Ну… я просто… За Игорька боюсь! Она его не любит! За деньги вышла! Мой сыночек мог найти получше!
Повисла тишина. Даже на лестничной клетке стало слышно, как тикают часы у соседей.
Марина тихо:
— Спасибо за честность. Игорь, твоя мать сказала всё, что обо мне думает. Теперь твой ход.
Игорь стоял между матерью и женой, бледный. Валентина Петровна схватила его за рукав:
— Игорёк, я не то хотела сказать! Она меня довела до белого каления!
Марина смотрела на мужа:
— Если ты пустишь её в дом сейчас, я собираю вещи и ухожу к маме. С детьми. Навсегда.
— Ты шантажируешь меня?!
— Я ставлю границы. Впервые за пять лет.
Валентина Петровна заплакала:
— Игорёк, я же тебя одна подняла! Отец нас бросил, я на трёх работах пахала!
— Мама, хватит. Это было тридцать лет назад.
— А на дне рождения Даши, — голос Марины был спокойным, как сталь, — вы при всех гостях сказали, что кошки лучше о котятах заботятся, чем я о детях.
— Я пошутила просто!
— Татьяна Ивановна до сих пор спрашивает, не развелись ли мы.
Игорь медленно высвободил руку из материнской хватки:
— Мама, уезжай.
— Что?!
— Уезжай. Возьми такси. Прямо сейчас.
— Ты выбираешь ЕЁ?! Эту… эту неблагодарную?!
— Я выбираю свою семью. Жену и детей.
— Я тоже твоя семья!
— Нет, мама. После того, что ты сказала… Когда будешь готова извиниться перед Мариной — позвони. До тех пор не приезжай.
Марина достала из кармана связку ключей — дубликат от квартиры, который был у свекрови:
— Это ваши. Больше не понадобятся.
Положила ключи на коврик перед дверью.
Валентина Петровна, рыдая, схватила баулы и поплелась по лестнице вниз, бормоча что-то про неблагодарных детей.
Марина закрыла дверь. Игорь смотрел на жену.
— Прости, что не сделал этого раньше.
— Лучше поздно, чем никогда.
Из комнаты выбежала Даша:
— Мама, бабушка уехала?
— Да, солнышко.
— А почему плакала?
— Иногда взрослые ссорятся. Но теперь всё будет хорошо.
Марина подошла к окну, увидела внизу, как Валентина Петровна садится в такси. Машина уехала за поворот.
— Теперь это действительно наш дом, — тихо сказала она.
Игорь обнял жену за плечи. Дети прибежали из комнаты и повисли на родителях. Лёва потянул маму за подол:
— Мам, а мультики ещё можно?
— Можно, мой хороший. Всё можно.
И впервые за пять лет Марина почувствовала, что это правда — её дом, её семья, её жизнь. Без чужих ключей и незваных гостей.
