Вера проводила пальцем по полке туалетного столика, ощущая пустоту в том месте, где должна была стоять
К вечеру Алёна чувствовала себя чужой в собственной квартире. Мария Васильевна перемыла всю посуду, заявив
— Вот посмотри, — Алексей протянул парню все записи расходов, покрывавших его безответственные приключения.
— Жена? То есть бывшая жена… — Такое дело, котенок… Она формально все еще жена. — Ты…Ты разве не развелся?
— Дима, ты хотя бы сообщай, когда ты остатки совести теряешь! – воскликнула Катя, дождавшись мужа с работы.
— Что притихла-то? Думаешь, я совсем ничего не знаю и не понимаю? — А что вы тогда за нами хвостом-то
— Зачем ты обидел моего папу? – насупившись, спросила Настя. — И в мыслях не было, —
— Свекровь подарила квартиру, а позже заявила, что потребует ее обратно через суд, — устало сказала Евгения.
— Где ты была, почему не брала трубку? — муж смотрел зло и устало. — Решила показательные выступления устроить?
— Мама, забери мою дочь на время, — попросил сын. — Мы с Наташей… Ну… Не справляемся.
Первый удар был нанесён с хирургической точностью — ваза, стоявшая на полке кабинета, разлетелась вдребезги
— Что это? Какого чёрта?! — Екатерина замерла на пороге собственной квартиры, в растерянности оглядывая
— Ну и нахалец! — Валентина Степановна стояла у окна, наблюдая, как из потрёпанной машины выходят незнакомые люди.
Маша стояла у плиты, мучительно вглядываясь в кипящую кастрюлю, словно в ней плавали ответы на все вопросы
— Ненавижу тебя, мама! Ненавижу! И этих двоих ненавижу! Это нечестно! Неправильно! И ты неправильная!
Сколько помнила себя Полина – бабушка постоянно жаловалась на расточительность отца, а тот, наоборот
— Тебе только 17 лет! О чём ты думала вообще?! — орала мать, начисто забыв о том, что сама родила Дашу
Аромат жареной картошки с луком заполнял кухню старой хрущевки. Галина механически помешивала содержимое