Ксения легко шагала по вечернему городу, напевая под нос популярный мотив. Настроение было приподнятым — сегодня на собрании финансовый директор объявил, что их предприятие идёт с опережением графика, заключено столько договоров, что прибыль превысит все ожидания. Для небольшого коллектива, состоящего из друзей, это была настоящая победа.
Ещё в институте у ребят родилась идея создать совместный бизнес. На последнем курсе три парня и две девушки зарегистрировали компанию. Все вложили много сил, времени и средств, но больше всех к старту приложила именно она — Ксения, невысокая, скромная, с копной непослушных рыжих волос. У неё было удивительное бизнес-чутьё. Именно её маркетинговая стратегия и выбор направления деятельности сыграли решающую роль в становлении фирмы.
Не обошлось и без стартового капитала. Бабушка Ксении оставила квартиру, завещав после смерти продать недвижимость и разделить деньги на троих: между двумя дочерями и одной внучкой. Но мать Ксении, Вера Петровна, решила прибрать наследство к рукам — у неё были свои планы на дочкины деньги.
— Ну что, Ксюшенька, ты ведь помнишь, как мы мечтали о даче? — елейным голосом говорила мать, когда все вопросы с наследством были улажены.
— Не мы, а вы с папой, — поправила дочь, не отрываясь от графиков и расчётов на мониторе.
— Так мы же семья! Купим уютный домик, будем собираться по выходным, друзей приглашать, шашлыки жарить.
Ксения с детства не любила эти сборища, которые обычно заканчивались ссорами между родственниками.
— Нет, мам, извини. Я в этом участвовать не буду. У нас с ребятами проект.
— Какой проект? Что может быть важнее семейного благополучия?
В комнату вошёл отец, Игорь Семёнович.
— Да что ты с ней вообще разговариваешь? — рявкнул он, ткнув пальцем в дочь. — Никто тебя не спрашивает! В определённый момент ты переведёшь деньги, куда скажем. И всё.
С отцом у Ксении отношения были сложными. Он считал, что сына должен воспитывать отец, а дочь — мать. Сына не было, поэтому в жизни дочери он не участвовал. Даже о дне рождения узнавал от жены.
— И не смей спорить, а то возьмусь за тебя! Живёшь на всём готовом! Ты нам должна! — прокричал раскрасневшийся Игорь Семёнович, стукнул кулаком по столу и ушёл.
На глазах у Ксении навернулись слёзы. Она никогда ничего не просила. В институте училась на бюджете, подрабатывала, помогала по дому.
— Вот видишь, что ты наделала, — запричитала мать. — Расстроила отца, а у него давление!
— Хорошо, — тихо сказала Ксения. — Я отдам вам деньги. Только через четыре месяца. Пока ищите дачу.
— Я поговорю с твоим папой. Думаю, он согласится подождать.
После этого разговора Ксения приняла решение. Она предложила своё наследство как вклад в общее дело — на аренду помещения и закупку оборудования. Команда взялась за работу с удвоенной энергией.
Ребята оказались смекалистыми и везучими. Уже через месяц их фабрика получила первый серьёзный заказ. А через четыре месяца Ксения заработала сумму, которую вложила. Доходы росли, но никто не шиковал — все буквально жили на производстве. Тяжёлый труд начал приносить плоды.
— Ну как? Твои родители купили дачу? — спросила однажды подруга Марина, с которой они сидели в столовой арендованного здания.
— Ищут ещё. Я обещанные деньги отдала. Надеюсь, им это принесёт счастье. Отец вечно злой, мать зависит от его настроения.
— Да, родители — это важно, — согласилась Марина. — Но и о себе не стоит забывать.
— Сейчас для меня главное — работа. Хочу заработать на квартиру, — мечтательно сказала Ксения.
— А я машину хочу. Думаю, наши мечты скоро станут реальностью.
И вот в тот самый день, когда Ксения напевала песню после удачного собрания, она подходила к дому, где жила с родителями.
— Ксюшенька, привет, моя дорогая! — мать встретила её в дверях с непривычной теплотой. — А мы тебя ждём, за стол не садимся! У нас повод хороший!
Ксения замерла от неожиданности. Домой она всегда приходила в одно и то же время, но мать никогда так её не встречала.
— Иди мой руки. Я твоих любимых ёжиков нажарила!
— Привет, дочь, — вышел в коридор отец.
Девушка ахнула. Отец никогда не здоровался первым и на приветствия не отвечал.
Они уселись за стол. Ксения чувствовала неловкость, словно попала на вечеринку, где нет знакомых.
— Как дела на работе? Как ваш… как его… стартап? — выдавила Вера Петровна.
— Работаем потихоньку, — осторожно ответила Ксения.
Отец хрюкнул в тарелку, мать, покосившись на него, продолжила:
— Наслышаны о ваших успехах. Мы ведь тоже не только телевизор смотрим, за интернетом следим. Ты молодец. Хорошую работу нашла.
— Я не нашла её, мам. Я одна из тех, кто создал это предприятие, — с ноткой гордости ответила Ксения.
— А я всегда говорил, что ты далеко пойдёшь, — неожиданно подал голос отец. — Ну, то есть не говорил, но думал.
Ксения молча ковырялась в тарелке.
— А чего это мы просто сидим? — спохватилась мать. — Игорь, налей нам по бокальчику. У нас ведь праздник!
— А что празднуем? — удивилась Ксения.
— Мы нашли дом мечты! — засуетилась Вера Петровна. — Сейчас мы тебе всё покажем!
Она быстро убрала тарелку с ёжиками, которые Ксения так и не успела попробовать, поставила на стол ноутбук и принялась показывать фотографии загородного дома. Два этажа, дорогая мебель, все коммуникации, ухоженный участок, кованая беседка, увитая виноградом.
— Вот это красота, — искренне восхитилась Ксения. — Поздравляю. Прекрасный вариант. Но это совсем не похоже на дачу. И стоимость выше.
— А зачем нам курятник, когда у нас дочь — владелица крупной компании? — улыбнулась мать. — Ты просто добавишь немного, и до конца месяца можно переезжать.
— С чего вы взяли, что у меня есть деньги? — опешила Ксения.
— Так тётка твоя давно наблюдает за вашими делами в интернете и интервью твоё видела. Вот и доложила. Кстати, у них скоро ребёночек будет, и она попросила список тебе передать. Пелёнки, распашонки, колясочку… Скину тебе попозже. Ты просто бухгалтеру сразу перешли, а секретарь пусть закупит, — с важным видом и набитым ртом промычал отец.
— Нет у меня секретаря, — растерянно проговорила девушка. Она была ошеломлена напором матери и скоростью, с которой вываливалась информация.
— Что же ты за директор такой? — хмыкнул отец.
— Я пойду к себе. Спасибо за ужин.
Ксения поднялась.
— Так нам вносить аванс? Там скидка пропадёт, если до конца недели не оплатить, — крикнула мать.
— Я не знаю. У меня столько денег нет, — отрезала Ксения и попыталась уйти.
— Стоять! — заорал отец. — Тебя никто не отпускал! И что за неуважение? Короче, либо ты добавляешь нам на этот дом, либо в этой квартире можешь больше не появляться! И на долю в ней также можешь не рассчитывать! Всё!
Он снова стукнул кулаком по столу.
— Мы оплачиваем аванс. А к концу месяца ты оплачиваешь остаток.
Ксения коротко кивнула и пошла в свою комнату. Она не могла спорить с отцом — боялась его с детства.
С того дня Валерия изменилась. Улыбчивая, энергичная девушка, готовая всем помочь и никогда не унывающая, стала замкнутой и неприветливой.
— Что происходит, подруга? — расспрашивала Марина в обеденный перерыв.
— Думаю, где денег до конца месяца собрать.
— А чего? Нашла квартирку?
— Родители решили дом купить.
— Я вижу, ты не очень рада этому обстоятельству.
— Не знаю. Дом слишком шикарный. Цена для такого дома маловата, но для нашего бюджета — наоборот, высока. Не знаю, как объяснить родителям, что я не могу дать им столько денег.
— А тебе зачем всё это? — удивилась Марина. — Может, пора от родителей отделиться? Хочешь, у меня можешь пожить.
— Нет, спасибо. У них, кроме меня, никого нет. Кто о них позаботится, если что?
— На расстоянии позаботишься. Мы с ребятами в любом случае тебя поддержим.
Разговор прервал телефонный звонок. Ксения взяла трубку.
— Привет, дорогая племянница! — раздался голос тётки, материной сестры. — У нас завтра с девочками посиделки в двенадцать. Ты ведь не забыла, что мы планируем ребёночка? Так вот, решили обойтись без подарков. Деньгами берём. Ты приедешь?
— Завтра рабочий день.
— Не сможешь? — перебила тётка. — Ничего страшного. Я сейчас номер карты тебе пришлю. Туда пересылай. И не скупись — поддержи будущего братика или сестрёнку. Ну всё, пока!
Тётка положила трубку. Ксения смотрела перед собой и не понимала: как так получилось, что она всем должна? Чувство одиночества накрывало с головой.
— Ксюш, не бери близко к сердцу, — Марина накрыла руку подруги своей. — Идём, у нас есть дела поважнее. Надо придумать новый принт к коллекции маек.
В компании близких друзей, в душевной, хоть и рабочей обстановке, Ксения почувствовала, что она не одна. Хандра отступала. И она приняла решение.
Мать позвонила только через неделю.
— Ты где пропала?
— Я у Маши живу.
— Достал тебя наш папка? Ты не обижайся. Вот переедем в новый дом, так ты с ним вообще пересекаться не будешь. Кстати, мне сестра звонила, сказала, что ты ей денег обещала, но так и не прислала. Некрасиво получается.
— Я ничего никому не обещала, — холодно ответила Ксения. — И в новый дом я с вами не поеду.
— Ну ничего страшного, будешь в гости приезжать. Только ты не забудь деньги подготовить. Аванс мы уже отдали. Ты помнишь, сколько нужно?
— Я больше не дам вам денег. Сами, пожалуйста, решайте этот вопрос. Вы ведь взрослые люди. Я вам своё наследство подарила. Вот им и пользуйтесь.
На другом конце трубки повисло молчание, а через секунду раздалось шипение:
— Ах ты змея! Как за чужой счёт жить — так это нормально, а когда деньги лопатой грести — мама с папой не нужны стали?! Отец тебе голову отвернёт! Да я от тебя…
Ксения отключила вызов. Заблокировала номера родителей и тётки. Внутри всё бурлило, но она перенаправила эту энергию в работу. И получился потрясающий дизайн для подростков — протест против домашнего абьюза. Эта коллекция стала самой популярной в истории фабрики.
Ксения жила у подруги ещё несколько месяцев, а потом смогла взять ипотеку на собственную квартиру. Друзья помогли, да и фирма приносила стабильный доход.
Всё это время Игорь Семёнович, проклиная весь род человеческий и особенно дочь, пытался дозвониться до продавца дома, писал заявление в полицию… Телефон «продавца» был отключён, переписка удалена, в интернете не осталось ни следа от объявления о продаже того самого идеального дома, который, как выяснилось, существовал только на картинке. Красивые фотографии, скачанные из сети, и никакой реальности.
Аванс, который родители внесли из денег, полученных от дочери за наследство, исчез вместе с мошенниками.
Ксения узнала об этом от Марины, которой позвонила взбешённая тётка, требуя деньги на ребёнка. Но Ксения лишь усмехнулась. Её больше не касались их проблемы.
Она стояла у окна своей новой квартиры — небольшой, светлой, уютной, купленной на честно заработанные деньги. Внизу шумел вечерний город, зажигались огни. Рядом сидела Марина с чашкой чая.
— Не жалеешь? — спросила подруга.
— Ни капли, — честно ответила Ксения. — Знаешь, я так долго боялась их потерять, что совсем потеряла себя. Думала, если не буду им угождать, останусь одна. А оказалось, что одна я оставалась как раз тогда, когда была с ними.
— Теперь у тебя есть мы, — улыбнулась Марина. — И дело, которое мы вместе построили.
— Да. И это главное.
Они чокнулись чашками. За окном мерцали звёзды. Ксения думала о том, как странно устроена жизнь. Чтобы обрести семью, ей пришлось отказаться от той, в которой родилась. Чтобы почувствовать себя нужной, пришлось перестать быть удобной для всех. Чтобы найти дом, пришлось уйти из дома.
Но теперь она знала: настоящая семья — это не те, кому ты должна, потому что они тебя родили. Настоящая семья — это те, кто принимает тебя такой, какая ты есть. Кто не требует, не шантажирует, не ставит условий. Кто радуется твоим успехам, а не пытается их присвоить. Кто поддерживает, а не тянет на дно.
У неё была такая семья. Друзья, ставшие братьями и сёстрами. Дело, которому она посвятила себя. И огромное, бескрайнее чувство свободы — той самой, которая приходит, когда перестаёшь бояться и начинаешь жить.
А родители… Что ж, они сделали свой выбор. Им пришлось продать квартиру, чтобы расплатиться с долгами после той аферы с домом. Тётка так и не получила обещанных денег и теперь не разговаривает с сестрой. Отец, кажется, наконец понял, что кулаком по столу проблемы не решаются, но понял слишком поздно.
Ксения не испытывала злорадства. Только тихую грусть о том, что всё могло быть иначе. Если бы они захотели. Если бы умели любить не за что-то, а просто так. Если бы…
Но это уже не её история. Её история была здесь — в этой маленькой уютной квартире, в этом городе, в этой новой жизни, которую она построила сама. С чистого листа. С верой в себя. И с людьми, которые в неё верили.
— За новые начинания, — сказала Марина.
— За нас, — ответила Ксения.
И город за окном согласно подмигнул миллионами огней.
