— Лида, дай мне двадцать тысяч. Срочно нужно! — Виктор стоял в дверях с телефоном в руке, нервно теребя край рубашки.
— Опять?! — Лидия оторвалась от мытья посуды. — Ты же на прошлой неделе брал тридцать!
— Это важное дело. Проект такой подвернулся, понимаешь? Через месяц верну вдвое больше.
Она вытерла руки о кухонное полотенце и повернулась к мужу. Виктор выглядел взволнованно — глаза бегали, на лбу выступила испарина. Что-то было не так.
— Какой проект? Виктор, ты же менеджер в строительной фирме. При чём тут двадцать тысяч?
— Ну ты же знаешь, деловые связи, партнёры… — он махнул рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи. — Лид, ну что ты как маленькая? Семья же!
Лидия подошла ближе. Пять месяцев назад она вышла замуж за этого мужчину, думая, что наконец-то нашла покой после тридцати лет с Геннадием-алкоголиком. Виктор не пил, работал, ухаживал красиво. Казался подарком судьбы.
Но последние два месяца что-то изменилось. Постоянные просьбы о деньгах, раздражительность, странные звонки по ночам.
— Покажи телефон, — вдруг сказала она.
— Что?! — Виктор отступил на шаг. — С чего это?
— Покажи, говорю.
— Ты что, совсем того? Не доверяешь мне?
Лидия шагнула вперёд и выхватила телефон из его руки. Экран ещё не успел погаснуть. Яркие буквы приложения казино светились насмешливо: «Ваш баланс: минус 347 000 рублей».
Мир вокруг неё словно замер. Только тиканье настенных часов напоминало, что время не остановилось.
— Это… это не то, что ты думаешь, — забормотал Виктор, бледнея.
— Триста сорок семь тысяч?! — голос Лидии сорвался на крик. — Ты спустил наши деньги в казино?!
— Я выиграю! Понимаешь, у меня система! Просто сейчас невезуха, но я отобью всё!
— Система?! — Лидия швырнула телефон на стол. — Я ушла от пьяницы, чтобы попасть к игроку?!
— Уходи, — тихо сказала Лидия, глядя в пол. — Прямо сейчас.
— Лидка, милая, ну ты что! Мы же семья! — Виктор попытался обнять её, но она резко отстранилась.
— Я тридцать лет прожила с алкоголиком. Знаешь, как это? — она подняла на него глаза. — Геннадий бухал каждый день. Зарплату пропивал, скандалы устраивал, орал так, что соседи милицию вызывали. Я терпела, думала — авось изменится. Ради дочери терпела.
Виктор молчал, опустив голову.
— Год назад я наконец-то ушла от него. Сняла эту квартиру, начала жить заново. И вот Тамара познакомила меня с тобой. Ты был таким… правильным. Не пил, не курил, работал. Я думала — наконец-то мне повезло.
— Лид…
— Заткнись! — она ударила кулаком по столу, от чего подпрыгнула чашка. — А ты оказался ещё хуже! Геннадий хоть деньги у меня не воровал! Он пропивал свои, а ты — мои! Триста сорок семь тысяч! Это я два года копила на ремонт!
— Я верну, клянусь!
— Да ты вообще хоть понимаешь, что натворил?! — Лидия схватила со стола его телефон и ткнула пальцем в экран. — Тут написано «минус»! Это долг! Кому ты должен?!
Виктор побледнел ещё сильнее.
— Букмекерской конторе. Но это не страшно, я…
— Вон отсюда! — Лидия распахнула дверь. — Немедленно!
— Лид, постой…
— Убирайся, пока я милицию не вызвала!
Виктор медленно пошёл к двери, на пороге обернулся:
— Ты пожалеешь. Я всем расскажу, какая ты жена!
Дверь захлопнулась. Лидия опустилась на стул и уткнулась лицом в ладони. Не плакала — слёз уже не осталось после Геннадия.
На следующий день Лидия позвонила Тамаре.
— Ты знала? — спросила она, едва подруга взяла трубку.
— О чём, Лидка?
— Что Виктор игроман! Что он спускает деньги в казино!
В трубке повисла тишина.
— Господи… — наконец выдохнула Тамара. — Я не знала, клянусь! Он же такой приличный казался…
— Приличный! — Лидия горько усмехнулась. — Триста сорок семь тысяч долга! Мои деньги на ремонт, которые я два года копила!
— Лид, а может, он правда вернёт? Ну бывает же…
— Там, Тамара, не просто долг. Там минус. Букмекерская контора. Ты понимаешь, что это значит?
Подруга молчала.
— Я опять попала, — тихо сказала Лидия. — Только теперь не к алкашу, а к игроману.
Вечером приехала дочь Оля. Увидев мать — осунувшуюся, с тёмными кругами под глазами — ахнула:
— Мам, что случилось?!
Лидия рассказала. Оля слушала, и лицо её каменело с каждой фразой.
— Где он? — наконец спросила дочь.
— Ушёл. Я его выгнала.
— И правильно сделала! — Оля стукнула кулаком по столу. — Мам, ты понимаешь, да? Папа хоть и пил, но никогда не лез к тебе в кошелёк! А этот… этот вор!
— Оль, не надо…
— Нет, мам, надо! Ты от одного кошмара ушла, в другой попала! Это же классика — поменяла шило на мыло!
Лидия вздрогнула от этих слов. Точно. Именно так и есть.
На третий день Виктор начал названивать. Сначала просил прощения, потом угрожал.
— Лида, если ты не откроешь дверь, я всем соседям расскажу, какая ты жена! — орал он в трубку. — Скажу, что ты меня выгнала на улицу!
— Рассказывай, — холодно ответила она и сбросила звонок.
Через час в дверь позвонили. На пороге стояла соседка снизу, тётя Галя.
— Лидочка, это правда, что ты мужа на улицу выставила? Он тут внизу всем рассказывает, что ты его избила и деньги отобрала!
— Тётя Галя, он врёт.
— Ну я-то понимаю, милая, — старушка сочувственно покачала головой. — Только вот другие соседи… Знаешь, как народ злой. Говорят, что не по-христиански так с мужем поступать.
Лидия закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Геннадий хоть пил дома, не позорил её перед соседями. А Виктор…
Через неделю Виктор явился с двумя мужиками. Лидия выглянула в глазок и похолодела.
— Открывай, Лидка! — стучал он в дверь. — Мы по-хорошему пришли!
— Уходите, а то милицию вызову!
— Да вызывай! Им скажем, что ты мужа из дома выгнала! Квартира-то на мне записана наполовину, забыла?
Господи, точно. Они же расписались всего пять месяцев назад, и по закону…
— Слушай сюда, — Виктор приблизился к двери, голос его стал жёстче. — Ты продашь квартиру. Поделим деньги пополам, и я расплачусь с долгами. Иначе ко мне придут совсем другие люди, понимаешь?
— Это моя квартира! Я её сняла на свои деньги ещё до тебя!
— А документы? Документы оформлены на нас обоих! Так что давай добром!
Лидия схватила телефон, набрала номер Оли. Та примчалась через двадцать минут вместе с участковым. Виктора с дружками прогнали, но он успел прошипеть:
— Всё равно добьюсь своего. Через суд, через коллекторов — неважно. Ты у меня попляшешь!
Вечером, когда Оля уехала, Лидия сидела на кухне и смотрела в окно. На душе была такая пустота, что хотелось выть. От Геннадия ушла, думала — начнётся новая жизнь. А получилось только хуже.
В дверь позвонили. Она вздрогнула — неужели опять Виктор?
Но в глазке увидела знакомую фигуру. Геннадий. Только какой-то другой — постриженный, в чистой куртке, трезвый.
Открыла дверь.
— Привет, Лид, — он помялся на пороге. — Можно войти?
Она молча отступила в сторону. Геннадий прошёл на кухню, огляделся.
— Оля рассказала, что у тебя проблемы. С новым мужем.
— И что?
— Я бросил пить. Полгода уже как. Работаю грузчиком на складе. Немного, конечно, но стабильно, — он достал из кармана пачку денег. — Вот. Это тебе. За всё, что я натворил за тридцать лет.
Лидия смотрела на деньги, не в силах произнести ни слова.
— Двадцать тысяч. Это всё, что накопил, — Геннадий положил пачку на стол. — И ещё… Оля сказала, что этот гад тебе угрожает. Если что — я помогу. Могу приютить у себя, защитить…
— Гена, ты что несёшь? — Лидия покачала головой. — Я от тебя ушла год назад.
— Знаю. И ты была права. Я был скотиной. Но я изменился, Лид. Завязал. Хочу загладить вину.
Она посмотрела на бывшего мужа. Трезвый, спокойный, виноватый. И на столе — двадцать тысяч, которые он накопил за полгода работы грузчиком.
А с другой стороны — Виктор с долгами, угрозами и требованиями продать квартиру.
— Мам, только не это! — в дверях появилась Оля, она специально вернулась. — Ты же не собираешься опять к нему?!
— Нет, Оль, — Лидия выпрямилась и посмотрела на дочь. — Я не вернусь к отцу.
— Мам…
— Но и с Виктором разведусь. Завтра же подам документы.
Геннадий кивнул:
— Правильно. А с квартирой я помогу разобраться. У меня знакомый юрист есть, он за недорого…
— Спасибо, Гена, — Лидия взяла со стола деньги и протянула обратно. — Но оставь себе. Ты их честно заработал.
— Лид, это тебе. За всё…
— Гена, послушай, — она села напротив бывшего мужа. — Я рада, что ты завязал. Правда рада. И то, что ты пришёл помочь — это по-человечески. Но мы не вернёмся друг к другу. Понимаешь?
Он медленно кивнул.
— Я устала от мужиков, — Лидия усмехнулась. — Один пил, другой играл. Хватит с меня.
— Мама права, — Оля обняла её за плечи. — Пап, ты молодец, что пришёл. Но мама заслужила пожить для себя.
Геннадий встал:
— Ладно. Но если что — звони. Серьёзно.
Он ушёл, оставив деньги на столе. Оля тоже уехала через час, убедившись, что мать в порядке.
Лидия осталась одна. Прошлась по квартире — маленькой однушке, которую снимала уже полтора года. Никакого Виктора с его долгами. Никакого Геннадия с бутылками. Просто она и тишина.
Подошла к зеркалу в прихожей. Посмотрела на своё отражение — уставшее лицо, седые пряди в волосах, морщинки у глаз.
— Пятьдесят пять лет, — сказала она своему отражению. — И только сейчас начинаю жить по-настоящему.
Взяла со стола деньги, которые оставил Геннадий. Двадцать тысяч. Немного, но хватит на первое время.
Достала из шкафа старую сумку, которую давно хотела выбросить, и швырнула её в мусорное ведро. Потом открыла ящик комода и вытащила оттуда обручальное кольцо — то, что дал Виктор. Бросила его туда же.
— Хватит менять шило на мыло, — сказала она и улыбнулась впервые за неделю. — Пора научиться быть одной. И знаешь что? Мне это нравится.
За окном зажглись фонари. Лидия поставила чайник, достала любимую чашку — ту самую, с розочками, которую Виктор всегда критиковал. Села у окна и налила себе чай.
Впервые за тридцать лет замужества она чувствовала себя свободной.
