Деньги он взял не для себя, а для папы. Однажды, лет десять назад, когда мама в очередной раз вздыхала, что колымага отца на ладан дышит, отец сказал:
– Ну, был бы мой сын жив, купил бы мне машину.
Тимофея те слова ранили больнее, чем он показал. Мой сын. Отец воспитывал Тимофея с трёх лет, и пока был жив Рома, не делал различия между сыновьями. Но когда Ромы не стало… Отец словно считал, что это будет предательством – считать сына своей жены таким же сыном, каким был до этого Рома.
Тимофей скучал по старшему брату, но ещё больше он скучал по тому отцу, каким тот был когда-то. Особенно Тимофею запомнился один случай: у Ромы был день рождения, и тот хотел велосипед. Тимофей тоже хотел велосипед, но у него день рождения был зимой. Мама обещала, что зимой ему тоже подарят велосипед, но зачем велосипед зимой? Денег было мало, их всегда не хватало, так что рассчитывать на чудо Тимофей не мог. Но чудо случилось.
Когда отец выкатил Роме велосипед, у Тимофея на глаза навернулись слёзы. Он изо всех сил старался не заплакать – ему не хотелось испортить брату праздник. Но тут, когда Рома уселся на свой новый велосипед, папа вдруг выкатил второй.
– Держи, сынок, – сказал он.
И вот тогда Тимофей заплакал.
Теперь Тимофей считал, что должен вернуть отцу долг. Вернуть любой ценой.
С женой и сыном они жили в общежитии, в большой комнате, но все втроём. Санузел был один на две комнаты, и соседка баба Тоня часто занимала его с утра, отчего жена бесилась. Они копили на первоначальный взнос, чтобы взять ипотеку, поэтому и жили в общежитии – иначе не накопить. Счёт был общий, и они оба пополняли его при каждой возможности. Накопилось уже много, можно было вот-вот брать ипотеку, и они старались ещё больше затянуть пояса: подарки друг другу не дарили, в кино и рестораны не ходили, гардероб не обновляли. Цены на жильё в том году опять подскочили, и они боялись, что собранных денег перестанет хватать даже на «однушку» в панельке. Сын, правда, рос всё время, и приходилось ему покупать новую одежду. Вот они и подарили ему на день рождения новые кроссовки на лето. А он расплакался:
– Я же просил скейт!
Скейт он и правда просил, даже показал какой. Тимофей возмущался: столько денег за кусок дерева?
– Мы лучше потом тебе велосипед с рук купим, – сказал он. – Вон на «Авито» полно недорогих.
– Не хочу я велосипед! – кричал сын. – Я хочу скейт!
Это всё жена была виновата, баловала сына всё время, девчонку из него растила.
С женой в последнее время они вечно ссорились: ей не нравилось, что Тимофей всё время мотается к родителям. Ну а как иначе? У них дача, кто им будет помогать?
– У тебя своя семья, – говорила жена. – Я уже забыла, когда ты выходные с нами проводил! Вон Витька из 43-й комнаты с сыном на великах по выходным гоняет, с женой гулять ходит, а ты вечно с лопатой наперевес к своим.
Тимофей сердился. Вот когда её мама заболела, жена всё бросила и уехала на месяц в соседний город ухаживать за мамой. И встречалась там со своим бывшим – Тимофей Нокию её проверял, пока она в душе была. Вроде ничего такого не было в эсэмэсках, но это всё равно злило.
Вот почему он решил взять деньги. Жена всё равно им недовольна, а родители – это святое. Тимофей представлял, как отец обрадуется, когда Тимофей приедет на новой машине и скажет: это теперь твоя. А папа скажет:
– Спасибо, сынок!
Всё получилось не совсем так. Обрадовалась мама, а отец хмуро осмотрел машину и сказал:
– Сойдёт! Жрёт только много, наверное.
Жена, конечно, узнала об этом – долго скрывать не получилось, – и не просто устроила скандал, а забрала сына и уехала к маме.
– Мы эти деньги вместе собирали, – сказала она. – Ты не имел права их тратить на своего отца! Да и не отец он тебе вовсе. Что ты бегаешь за ним как собачонка – никогда ты не станешь ему сыном, как ни старайся! Я это просто так не оставлю, в суд подам, имей в виду!
Сначала Тимофей злился на жену. Но скоро начал скучать: и по ней, и по сыну. Родители вместо благодарности принялись жаловаться, что новая машина много «жрёт» бензина, и что неплохо бы, чтобы Тимофей подкидывал деньги на бензин.
– Вы же знаете, я и без того без денег, – не выдержал он. – От меня жена ушла, судиться со мной собирается, а от вас никакой поддержки!
– Сам такую корыстную жену выбрал, – парировала мать. – Машину для пожилых родителей пожалела! У отца спина болит, у меня колени, а вы молодые, ещё заработаете! Вон, говорят, в этом вашем «Сколково» деньги лопатой гребут. Езжай туда.
Жена и правда подала в суд, приложив выписки со счёта, чтобы обязать Тимофея вернуть её часть денег. Он и рад был бы вернуть, но ведь нечем!
– Наверняка сына там против тебя настроила, – ворчала мама. – Ты бы съездил, проверил, что и как там. Вдруг она там с этим бывшим своим якшается? А то алименты ты ей платишь, а как она их расходует – непонятно.
Тимофей и сам хотел поехать. Но не чтобы проверить, а чтобы проведать сына и жену – слишком уж он тосковал. Получив аванс, он купил билет на поезд и поехал, не предупредив ни жену, ни сына – сюрприз решил устроить.
День стоял жаркий, для начала июня даже слишком, и по дороге с вокзала он быстро весь покрылся потом. Решил пройтись пешком, и, пересекая площадь, увидел такую картину: мальчишки ехали на скейтах, а его сынишка и ещё один такой же бежали следом, с завистью наблюдая за тем, как приятели пытаются показывать трюки. В тот момент Тимофея словно окатило холодной водой: он вдруг увидел себя словно со стороны и понял, что обращается с сыном ещё хуже, чем когда-то обращались с ним. На глаза навернулись слёзы, горло запершило. Тимофей не окликнул сына – он развернулся и пошёл прочь. Вернулся на вокзал, долго сидел там. Потом поискал, где здесь есть магазин со скейтами, и отправился туда.
– Мне самый лучший скейт! – сказал он.
Выложить за этот кусок дерева пришлось половину аванса, но Тимофей ни на секунду об этом не жалел. С гордостью он шёл к дому своей тёщи, мечтая, как сейчас подарит сыну скейт. Какие у него будут счастливые глаза, и как заругается жена… Бывшая уже жена.
«Ну и пусть! – решил Тимофей. – Так мне и надо!».
Сын и правда был такой счастливый, что никаких денег не жалко. Сын обнял Тимофея и сказал, что он – самый лучший папа. Схватил скейт и сразу побежал во двор, крикнув на ходу, что хочет опробовать подарок.
А жена… Жена пошла ставить чайник. Сказала, что Тимофей дурак. Но не могла скрыть расплывающуюся на лице улыбку…
