Валентина Николаевна давно уже жила в мире своих правил и убеждений. Ей казалось, что она сделала всё, чтобы прожить жизнь правильно. Быть на работе безупречной, дома аккуратной, питаться правильно, и держать здоровье под контролем.
Теперь она уже давно на пенсии, но она не одинока — рядом, в соседнем доме, живет её дочь Наташа с внуком Юрочкой и своим вторым мужем Аркадием.
Но общение с ними приносило ей лишь разочарование.
«Они живут совершенно неправильно», — думала Валентина Николаевна.
Наташа, по её мнению, пошла не в неё, а в отца — человека увлекающегося, который давно ушёл от них, и жил ни в чём себе не отказывай.
Дочь в юности поспешно полюбила недостойного мужчину, и родила от него сына. Тут же развелась, а теперь вышла за другого, тоже разведённого.
И они оба с мужем работают так много, будто деньги для них — единственный смысл жизни.
Купили машину, квартиру побольше, и всё им мало. Путешествовать любят, в отеле же за ними всё убирают, да и готовить не надо. А дома порядка нет, шторы давно не стираны, да питаются не пойми чем.
Зять Аркадий ей зачем-то подарки их всех командировок привозит, задобрить хочет. Но она из-за подарков от своих принципов не откажется…
Внук Юрочка тоже не радует — последнее время ведёт себя нескромно, а теперь ещё и девушку домой привёл, что случайно выяснилось…
Однажды, когда все были на работе, Валентина Николаевна решила, как обычно, зайти к ним, чтобы порядок навести, и захватила банку винегрета, им же готовить некогда. Она открыла, как обычно, дверь своим ключом, и остановилась в ужасе. То, что она увидела, потрясло её.
На кухонном столе были грязные тарелки с остатками жареного мяса и недоеденные фрукты и овощи. А из комнаты внука доносился женский смех.
Валентина Николаевна застыла у двери, это что же такое? Неужели Юрочка домой привёл девушку, пока никого нет? Наверняка вертлявую и такую, по её мнению, из тех, кто мечтает лишь бы охмурить парня, и женить на себе.
Юрочка услышал стук двери и выскочил из комнаты в одних плавках,
— Ба, ты что тут делаешь?
— Это ты что делаешь? Ты же на работе должен быть! — искренне возмутилась бабушка.
В этот момент из комнаты вышла девушка, смущённо опустив глаза в пол, и Валентина Николаевна сразу поняла, чего ей надо, так она выглядела.
— Ба, познакомься, это Люся, мы скоро поженимся, сообщил внук, приобняв её за плечи.
«Ну вот, окрутила уже, такие девицы знают, чем парня взять!» — подумала бабушка, и от этой мысли аж сразу закололо сердце у Валентины Николаевны.
— Ба, ну ты чего, мне же уже двадцать пять, у меня и профессия есть, я работаю, что не так? — спросил внук, явно ожидая привычной тирады. Ведь Валентина Николаевна была уверена, что все они её побаиваются и держатся в страхе.
— Ну ты, Юра, меня разочаровал! — только и смогла выдавить из себя бабушка Валя.
Она с грохотом поставила на стол трёхлитровую банку с винегретом и, не оглядываясь, вышла из квартиры. Глаза бы её не видели, как все они живут неправильно…
На следующий день Валентине Николаевне пришлось даже поехать в поликлинику. От расстройства в сердце у неё начались перебои. Сидя в очереди, она мысленно перебирала все свои обиды. Дочь Наташа, внук Юрочка, эта вертлявая Люся – все они были живым доказательством того, что мир катится в тартарары. Никто не ценил её стараний, её правильности, её заботы.
Она же для них старалась, для их же блага! А они? Они жили так, как им вздумается, наперекор всем нормам и приличиям…
Врач, пожилая женщина с усталым взглядом, выслушала её жалобы, измерила давление и выписала таблетки.
— Валентина Николаевна, вам нужно поменьше нервничать, — сказала она, глядя поверх очков, — И побольше гулять на свежем воздухе.
«Легко сказать — поменьше нервничать,» — подумала Валентина Николаевна, «Когда вокруг такое творится!»
Вернувшись домой, она почувствовала себя ещё хуже. Пустая квартира казалась ещё более холодной и неуютной. Она приготовила себе гречку, как всегда, без масла, и съела её, запивая настоем кураги. Потом села у окна, глядя на соседний дом, где жила её дочь Наташа.
Из окна доносились радостные приглушенные звуки, смех, музыка.
«Всё веселятся,» — подумала Валентина Николаевна, — «А я тут одна, с больным сердцем, из-за них же».
Вечером позвонила Наташа.
— Мам, как ты себя чувствуешь? Юра рассказал…
— Что он тебе рассказал? — резко перебила Валентина Николаевна, — Что он привёл в дом девицу, пока вы на работе? Что он жениться на ней собрался? Ты о чём думаешь, он же не разбирается в женщинах!
— Мама, Юра взрослый человек, — попыталась объяснить Наташа. — Он сам вправе решать, с кем ему жить. И Люся хорошая девочка, она…
— Хорошая? — фыркнула Валентина Николаевна, — Я таких хороших насквозь вижу! Ей только ваши деньги нужны, да квартира! Попомнишь мои слова.
— Мама, ну почему ты всегда так думаешь? — в голосе Наташи послышалась усталость, -Почему ты ни в ком не видишь ничего хорошего?
— Потому что я вижу правду! — отрезала Валентина Николаевна, — А вы все как слепые котята, всё чему-то радуются!
Наташа тяжело вздохнула.
— Мама, мы завтра с Юрой и Люсей придем к тебе. Поговорим спокойно, поможем, ты же хотела шкаф передвинуть.
— Не надо мне ваших разговоров и помощи! — заявила Валентина Николаевна, — Я всё про вас знаю!
И она повесила трубку.
На следующий день, несмотря на своё заявление, Валентина Николаевна весь день нервничала. Она прибралась в квартире до блеска, надела своё лучшее платье. В глубине души она надеялась, что они приедут без той девицы, что Юрочка одумается, и что Наташа наконец-то поймёт, как она права.
Но никто не приехал.
И ещё через день Валентина Николаевна в плохом настроении опять пошла в поликлинику. Должны были прийти результаты её анализов, и врач назначит ей дополнительное лечение…
Мысли о бесконечных таблетках и процедурах лишь усиливали её и без того скверное настроение.
Около кабинета сидела молодая женщина, а рядом, что особенно возмущало Валентину Николаевну, вертелась девочка. Зачем, спрашивается, тащить ребёнка во взрослую поликлинику?
Девочка, со светлыми кудряшками, напевала какую-то песенку, то слезая, то опять залезая на стул. «Сейчас она с ногами влезет и стул испачкает», — с раздражением подумала Валентина Николаевна.
Молодая женщина, казалось, совершенно не обращала внимания на дочь, уткнувшись в свой телефон. Но когда девочка её толкнула, женщина оторвалась от экрана и сердито посмотрела на дочь,
— Хватит вертеться! Я должна с тобой везде таскаться, как же это надоело, и когда нам садик дадут? — И она снова уткнулась в телефон.
Девочка на секунду огорчилась — ведь все слышали, как на неё мама рявкнула. Но тут же забыла, и улыбнулась Валентине Николаевне,
— Баба, садись, у меня же ножки молодые.
И девочка слезла со стула, потом задумалась на секунду, и стала старательно ладошкой отряхивать сиденье стула,
— Я на нём ногами не лазила, он чистый, садись, баба!
И Валентину Николаевну ни с того ни с сего это безмерно тронуло. Может, ещё и потому, что девочка была так похожа на неё, маленькую Валю, на старых черно-белых фотографиях.
— Спасибо, милая, — вырвалось у Валентины Николаевны, и она, порывшись в сумке, достала лежавшую там на всякий случай конфетку, — Держи, она апельсиновая.
Молодая женщина подняла голову от телефона и шлёпнула дочь по протянутой ладошке,
— Валя, я что тебе говорила? Никогда не бери у чужих ничего!
Валентина Николаевна даже вздрогнула — Валя, её тоже зовут «Валя»
И тут её пригласили к врачу.
На этот раз доктор была среднего возраста и улыбчивая. Она сразу посмотрела её анализы и сообщила,
— Валентина Николаевна, а вы молодец, у вас всё хорошо. Принимаем вот это, и радуемся жизни, да у вас отменное здоровье. У вас есть родные и близкие люди? Дочка, зять и внук? Так вы счастливая женщина, ещё и правнуков понянчите, у меня мама старше вас, и так радуется правнукам…
От врача Валентина Николаевна вышла какая-то преображенная.
Не выдержала — подошла к женщине с девочкой,
— Извините, что вмешиваюсь, но у вас такая милая дочка, не загубите её, она может потерять радость жизни. С этим потом так трудно жить, и так сложно её вернуть!
Молодая женщина недоуменно посмотрела, потом позвала,
— Идём, Валюша, — и они ушли.
А Валентина Николаевна вышла на улицу.
Светило яркое солнышко, снег уже почти сошёл, и лишь местами лежал нелепо грязными кучками. По улице шли люди, смеялись, на пруд уже прилетели утки-огари и хлопотали – селезни выбирали себе уточек.
Скоро набухнут почки, и появятся первые листочки, и снова придёт ещё одно лето…
И правда, у неё же есть дочка Наташа, добрая и заботливая. Ничем не хуже, а даже лучше других. И зять Аркадий любит Наташку, старается для неё. А внук Юрочка – нормальный парень. Ну не пошёл он в институт, колледж окончил и работает, и что с того? Зато всегда готов ей помочь, а она почему-то недовольна.
А ведь жизнь так чудесна, и пусть они с этой Люсей родят ей правнучку, кудрявую маленькую проказницу. Такую же, какой и она сама была в детстве, да мать её сдала в интернат. Потому что старшая Лида помогала маме с младшими, а Валя — только лишний рот была.
Вот она тогда и разуверилась во всех, и всю жизнь потом кому-то доказывала, что она самая лучшая и правильная, а зачем?
Надо ведь просто жить и радоваться жизни, весне, и своим любимым близким людям! И даже только ради этого стоит жить…
