— Ты думай что хочешь, а я его сюда не пущу! Имею полное право. Пусть катится в свои графские развалины, — возмущалась Маргарита, стоя посреди коридора. — У нас тут не общежитие.
— Рита… Пожалуйста, успокойся. Ты же сама знаешь, ему некуда идти, — с сочувствием вздохнул муж.
За его спиной нервно переминался с ноги на ногу тот самый незваный гость, который вызвал переполох. От него исходило сногсшибательное амбре перегара, пота и дешёвых сигарет.
— Некуда идти?! — всплеснула руками Маргарита. — Мы два года назад уступили ему родительский дом! Целый дом! А этот лентяй даже палец о палец не ударил там!
— Ну чего сейчас на прошлое пенять… В том доме жить уже нельзя, — тихо сказал муж, пряча взгляд. — И Оксанка его выставила…
— И правильно сделала! — отрезала женщина. — Витя, разница в десять лет не делает тебя его папой или нянькой. Он уже взрослый мужик! Свою жизнь разрушил, а теперь в нашу лезет.
— Мне тётя Шура весь телефон оборвала… — попытался оправдаться Виктор. — Говорит, он житья никому не даёт. То среди ночи приходит разогреть поесть, то вещи постирать просится и остаётся с ночёвкой, то вообще под чьим-то забором спит. Они умоляли вмешаться. Неудобно перед людьми…
— Перед людьми неудобно, а перед женой и сыном как, нормально? Пусть в это участковый вмешивается. Почему я должна терпеть всё… вот это вот в собственном доме? — Маргарита кивнула на Дениса.
Тот лишь скромно опустил глазки. Ему было нечего сказать в своё оправдание.
Виктор вздохнул. Ситуация действительно казалась патовой.
…Младший брат всегда предпочитал жить на всём готовом. Родители ещё при жизни почему-то вбили Виктору в голову, что он старший, а значит, отвечает за Дениса головой. Для младшенького Витя был кем-то вроде второго отца: мог заступиться перед одноклассниками, делился карманными деньгами и решал все его проблемы.
Когда Виктор женился, связь между братьями немного ослабла. Старший перебрался в город, поэтому уже не мог бегать за младшеньким. Однако Денис не растерялся.
Сначала он долго сидел на родительской шее, а когда родителей стало подводить здоровье — быстренько нашёл себе жену. Вскоре Денис получил наследство, которое Виктор благородно уступил ему.
— У меня всё есть, — сказал тогда муж Маргарите. — Пусть будет ему подстраховка.
На бумаге всё выглядело здорово. Но в реальности…
Денис полностью забросил родовое гнездо, хотя жил в паре домов от него. Добротное жилище быстро превратилось в руины с покосившимся забором, заросшим двором и протёкшей крышей. Окна кто-то выбил, а все вещи, что там остались, Денис вынес и продал.
Оксана, жена Дениса, была готова стерпеть многое, но не бесконечные загулы. В какой-то момент она просто подала на развод, несмотря на наличие двух совместных детей. Тогда Денису пришлось вернуться в отчий дом. Если быть точнее, в голые стены, которые от него остались.
Тут-то и начались проблемы и жалостливые звонки от соседей… Хуже всего было то, что они поддерживали политику родителей Виктора: он старший, значит, он должен помочь непутёвому брату. Неудивительно. Для соседей такой вариант был очень удобным.
Вскоре Виктор, не предупредив жену, просто привёз Дениса к ним. Маргарита, конечно, приняла деверя, но когда осталась наедине с мужем, целый час спорила с ним. Она метала громы и молнии, зная о проблемах Дениса.
— Вить, я всё понимаю, но оно мне надо? Мы так не договаривались.
— Ритуль, ну потерпи немножко. Всё-таки родня. У него кроме меня никого нет. На носу зима, а он там на голом матрасе спит, без отопления… Вдруг замёрзнет? Я себе этого не прощу, — уговаривал Виктор. — Да и потом, это же не навсегда. Поможем ему встать на ноги и окрепнуть, а там он или дом отремонтирует, или тут где-нибудь квартиру снимет.
В итоге Маргарита нехотя согласилась. Да, деверь непутёвый. Но муж-то хороший…
Поначалу казалось, что всё будет нормально. Денис помогал по дому и даже устроился на работу.
— Вот видишь. Стоило только вытащить его из той деревни, так он сразу свои привычки забросил, — радовался Виктор. — Там у него просто собутыльники были, вот они-то его на дно и тянули.
Но недолго музыка играла. Как только Денис получил первую зарплату, он пропал на три дня. На звонки предсказуемо не отвечал. Виктор весь извёлся, судорожно названивая в полицию и больницы. Маргарита демонстративно и пальцем не пошевелила: она знала, чем это всё кончится.
Пропажа обнаружилась спустя четверо суток…
Супруги проснулись от тихого скрежета. Денис судорожно пытался попасть ключом в замочную скважину, но не мог. Когда Виктор открыл дверь, в квартиру ввалилось нечто в разорванной куртке, с разбитым лицом и перепачканными в грязи штанами. А уж когда Денису поплохело прямо на пороге, Маргарита вовсе не выдержала и устроила скандал прямо посреди коридора. Она не была готова дальше терпеть присутствие непутёвого родственничка на своей территории.
— Ритусь, солнышко, это просто срыв. Такое бывает… — растерянно бормотал супруг, пытаясь успокоить её. — Я читал в интернете. Врачи говорят, это нормально. Я сейчас уберу здесь всё, а потом мы вместе сядем и поищем клинику. Мы справимся, я уверен.
Маргарита скрестила руки на груди.
— Не мы, а ты. Я не собираюсь в этом участвовать. И тебе не советую. Уж извини, но выбирай: или он, или я.
— Это как? — удивился Виктор. — Ты… хочешь выгнать его? Он же пропадёт без нас. Замёрзнет или сопьётся. Неужели тебе его не жалко? А как же его дети? Они-то ни в чём не виноваты. Будут расти без отца…
— А меня тебе не жалко? — Маргарита прищурилась, сверля мужа тяжёлым взглядом. — Не жалко мои нервы, свободное время, здоровье? Почему я, нормальный человек, должна спускать свою жизнь на того, кто сам добровольно тонет? Нет уж, Вить, так не пойдёт. Хочешь быть спасателем — спасай, но без меня. Если не уйдёт он, то уйду я.
Они ещё долго спорили, но закончилось всё поспешными сборами и отъездом к родителям. Пока что Маргарита не была готова подавать на развод и раздел имущества. В перспективе она рассматривала такой вариант, но всё же надеялась, что муж наиграется, устанет всё тянуть сам и одумается.
В первый месяц Виктор развернул целую реаб.илитационную кампанию. Он искал бабок, спрашивал советы у знакомых, проконсультировался в нескольких медцентрах. Было всё: чтение молитв, капельницы, кодировки… Деньги, отложенные на отпуск, постепенно перетекали в чужие карманы.
После каждой процедуры Денис пускал скупую мужскую слезу и клялся, что к проклятому зелью больше в жизни не притронется. Виктор верил. Слепо верил даже тогда, когда улавливал исходящий от брата слишком резкий запах мятной жвачки. Старшему всё казалось, что Денису просто нужно время, что ему уже стало намного лучше.
Вся эта волшебная иллюзия рухнула в один пасмурный вторник.
У Виктора отменилась встреча с крупным заказчиком, и он вернулся домой в самый разгар рабочего дня. Из кухни доносился чей-то незнакомый голос.
— Давай подписывай, не тяни резину. Деньги налом отдашь, как только нотариус бумажку заверит, — просипел кто-то. — А пока и ноута хватит. В качестве залога и первого взноса.
Виктор тихо прошёл дальше по коридору.
На обеденном столе, посреди грязной посуды и пустых бутылок из-под пива, валялась стопка бланков. Напротив Дениса, нервно грызущего ногти, вальяжно восседал крупный, коротко стриженный мужчина в кожаной куртке поверх спортивного костюма. А рядом, в сторонке, лежал дорогой игровой ноутбук Степана, сына Виктора. Тот самый, на который Стёпа копил целых два года перед тем, как отправился в армию.
— Я не понял. Что тут происходит? Какое право вы имеете трогать мои вещи? — рявкнул Виктор.
Денис затравленно вздрогнул, а незнакомец обернулся и оценивающе окинул старшего взглядом.
— О. Это, видимо, хозяин жилплощади нарисовался? — криво ухмыльнулся делец. — А мы тут с вашим братом документы оформляем. Дом он продаёт, доверенность делает.
— Да, — кивнул Денис, нервно сглотнув. — Я не хотел говорить… Просто у меня там небольшие долги…
Картинка моментально сошлась. Оставленный Денису некогда благоустроенный родительский дом теперь уходил не пойми кому за копейки, видимо, чтобы покрыть карточные и питейные долги гуляки. Вдобавок к этому младшенький решил ещё и отдать чужой ноутбук. И ведь ещё не факт, что остальные вещи на своих местах…
— Пошёл вон отсюда, — ледяным тоном процедил Виктор дельцу, доставая телефон из кармана. — У тебя ровно три секунды, пока я не позвонил в полицию. У нас тут целый набор статей: незаконное проникновение, ограбление и мошенничество.
Незнакомец нахмурился. Связываться с полицией и поднимать шум в его планы явно не входило. Он придвинул бланки ближе к Денису, попытался забрать ноутбук, но не тут-то было.
— Положи на место. Сейчас же, — выплюнул Виктор с такой сталью в голосе, что даже этот вышибала предпочёл с ним не связываться.
Когда незваный гость ушёл, старший тут же накинулся на младшего, требуя объясниться.
— Витя… Ты пойми, это же серьёзные люди… Я не мог иначе, они бы прибили меня… — с жалобным всхлипом начал Денис.
Виктор еле сдержался. Ему хотелось наброситься на брата.
— Я тебя отмыл! Я в тебя столько денег и сил вбухал, верил тебе, с Риткой из-за тебя поругался! А ты из нашего дома вещи тащишь?! Продаёшь родительский дом, который я уступил тебе по доброте душевной?! Правильно Рита говорила, гнать тебя в шею надо…
— Ой, да пошёл ты! — во взгляде Дениса прорезалась ненависть. — Тебе всегда всё на блюдечке доставалось. Семья, работа… Весь такой правильный, умный, жизни всех учишь. Живёшь тут как барин, пока я в деревенской грязи копаюсь! Бросил меня одного! А родители думали, помогать будешь!
В этот момент что-то внутри Виктора перевернулось. Вся жалость к брату резко испарилась. Стало очевидно: невозможно спасти утопающего, если он сам того не хочет. Более того, он ещё и может утащить спасателя за собой.
Через час горе-родственник со своими вещами вылетел на лестничную клетку, сыпя проклятиями. Виктору было всё равно, куда тот пойдёт: к бывшей жене, в развалившийся дом или куда-то ещё. Лишь бы подальше от него.
…На следующий день Виктор помирился с женой. Он рассказал, что ему довелось пережить за последние пару недель, и извинился перед Маргаритой.
— Я был таким наивным эгоистом… Прости меня, если сможешь. Я выгнал Дениса и поменял замки. Я хочу всё вернуть.
Женщина простила его, хоть и с тяжёлой душой. Всё вроде бы вернулось на круги своя, но липкий осадок от обиды въелся в душу. Глубокая трещина, появившаяся между ними, не могла склеиться по одному щелчку пальцев. Впереди предстояла долгая работа над ошибками.
— Поехали домой, — сказала она ему и села в машину.
Не успели они завестись, как в кармане Виктора завибрировал телефон. Он достал его и посмотрел на экран. Тётя Шура… Несколько долгих секунд мужчина колебался, а затем нажал на красную кнопку. Дисплей погас.
— Опять соседи? — тихо спросила Рита.
— Больше нет никаких соседей, — твёрдо ответил Виктор, провернув ключ. — И брата, которого я всю жизнь тащил наверх, тоже больше нет. Есть просто чужой взрослый мужик, который добровольно выбрал бутылку.
Маргарита молча отвернулась к окну. Да, доверие к мужу поугасло, и было потрачено много нервных клеток, но в ней загорелся огонёк надежды. Может, им и не удалось чудом изменить Дениса. Зато Виктор нашёл в себе силы вовремя наглухо запереть дверь в свою жизнь и не пойти на дно самому…
