В тот день, когда я пришла за своим загранпаспортом, в «живой очереди» стояло около тридцати человек.
Это был единственный день на рабочей неделе, когда можно было получить документ до 20:00, в остальные дни пришлось бы отпрашиваться с работы.
Было уже 19-20. Многие, как и я, решили, что лучше получить документ вечером. Далеко не каждый работодатель готов отпустить сотрудника по личным делам.
В двенадцатом окошке серьезная женщина лет пятидесяти с хвостиком, с короткой стрижкой и внимательными глазами, бойко выполняла свою работу.
Она регулировала поток посетителей, громко объявляя, в какое окошко кому идти. Параллельно консультировала неопытную сотрудницу из соседнего окна, и при этом, успевала довольно оперативно выдавать паспорта и сканировать отпечатки пальцев посетителей на биометрию.
После её деятельного участия, в этом просторном зале, сразу устанавливалась определённость: люди уверенно передавали нужную информацию друг другу.
Однако выдать документы такому огромному количеству народа за оставшиеся полчаса было вряд ли возможно даже ей. Во втором окошке очередь обслуживалась в разы медленнее.
В 20:00 бойкая сотрудница взглянула на часы и произнесла обиженным голосом:
— Ну что ж вы творите-то, нам ведь нужно ровно в 20:00 на сигнализацию помещение сдавать!… Не занимайте больше!
Никто и так не занимал. Стояло четверо последних людей, мялось, но не уходило…
Завтра ведомство работает до 14:00. Другой удобный момент представится лишь в ближайшую субботу…
— Следующий! — приняла она решение.
А следующей была я. Быстренько подошла к окошку, чтобы никого не задерживать, проверила документ — всё чётко. Расписалась в получении и вырвалась на свободу.
Зашла в продовольственный магазин, купила кое-что по мелочи.
Дождавшись автобуса, я с удивлением обнаружила в нём ту самую бойкую женщину. Времени было уже 20-35.
Не на своем рабочем месте это был уже совсем другой человек: в вязаной шапке, куртке, уставший после тяжёлого дня, в своих думках.
— Это вы только сейчас домой едете? — удивилась я.
Она меня, конечно, не узнала, но поняла, что я кто-то из очереди.
— Да, — говорит, — у нас сегодня рабочий день с 8:00 утра был. С этим плавающим графиком никому не удобно.
— Ну да, нужно помнить, какая суббота рабочая, какая нет…
— Первая и третья рабочие, – сразу вернулся профессиональный голос. – Ко всему привыкаешь.
— На сигнализацию сдались? — спрашиваю.
— Сдались, куда мы денемся.
— Спасибо вам большое, что обслужили всех до последнего человека! У нас с работы отпроситься — это преступлению подобно…
Я как раз купила драже «Миндаль в шоколаде», и вдруг захотелось сделать что-то хорошее для неё. Я протянула ей пакетик.
— Ну что вы, у меня сахарный диабет, я сладкого не ем, — отказалась она, но глаза её от моего жеста потеплели.
— Я и не знаю, для чего сейчас люди делают эти паспорта? Планировать что-то сложно… – сказала она.
— Да делаем по привычке, чтобы был. А вдруг?…
В разговорах мы подъехали к моей остановке.
— Всего вам доброго! — радушно пожелала она и улыбнулась, как старая знакомая.
— Спасибо вам ещё раз!
Глаза у нее были уже не такими уставшими. Участие и благодарность всем людям приятны.
А я, в свою очередь, подумала: как хорошо, что люди, несмотря на тяготы и сложности, продолжают оставаться людьми.
