— Тётя Лида, открывай быстрее! У нас столько баулов, руки отваливаются!
Лидия Фёдоровна замерла с чашкой чая на полпути к губам. Десять вечера. Она в старом халате, волосы не причёсаны, на столе недоеденный бутерброд. За дверью топот, детский визг, грохот чего-то тяжёлого.
Открыла — в квартиру ворвалась племянница Алла с мужем Игорем и двумя детьми. Сумки, пакеты, коробки — всё это полетело в прихожую.
— Ну что, обрадовалась? — Алла чмокнула её в щёку, пахло дешёвыми духами. — Мы к тебе на недельку!
— Алла, а можно было предупредить? — Лидия попыталась улыбнуться, но вышло натянуто.
— Да ладно! — Игорь уже прошёл в комнату, плюхнулся на диван, включил телевизор. — Ты же одна тут киснешь. Веселее будет!
Дети носились по квартире, хватали статуэтки, фотографии. Вика опрокинула цветок — земля рассыпалась по ковру.
— Викуля, осторожнее! — крикнула Алла, но не пошевелилась. — Тёть Лид, а покушать чего есть? Мы в дороге проголодались.
Лидия молча пошла на кухню. Руки дрожали, когда доставала из холодильника колбасу, сыр. Недельку? Без звонка, без вопроса — просто приехали и заняли её пространство?
— Слушай, а мы в спальне устроимся, — Алла зашла на кухню, открыла шкафчики. — Детям на диване неудобно. Ты ж маленькая, тебе на кушетке нормально будет.
— Это моя спальня…
— Ну тёть, мы же семья! — Алла взяла её за плечи. — Мама бы хотела, чтобы ты нам помогла. Она всегда говорила: семья — это святое.
Лидия проглотила комок в горле. Сестра умерла пять лет назад. С тех пор она помогала Алле деньгами, сидела с детьми, давала советы. Но это… это уже слишком.
Утром Лидия проснулась на кушетке — спина ныла, шея затекла. Из спальни доносился храп Игоря. На кухне Алла распоряжалась, будто это её дом:
— Кирюха, не бери это! Вика, убери руки от серванта!
Лидия прошла в спальню — там бардак. Её постельное бельё скомкано, на полу разбросаны чужие вещи. Много вещей. Слишком много для недели.
— Алла, — она вернулась на кухню, — у вас там целый склад. Это правда на неделю?
— Ну… может, чуть подольше. — Алла отвернулась к плите. — Тут воздух хороший, дети отдохнут. Ты же не против?
— Я бы хотела знать заранее…
— Да не начинай! — Игорь вышел из ванной, вытираясь её полотенцем. — Приютила родню, и хорошо. Или жадная?
Лидия сжала кулаки. Жадная? В своей квартире?
День тянулся мучительно. Игорь занял диван, орал на футбол. Дети разбили вазу — подарок покойного мужа. Алла отмахнулась: «Подумаешь, ваза!»
К вечеру зашла соседка Зинаида Петровна. Присела на кухне, покосилась на шум из комнаты:
— Лидочка, а я слышала, твоя племянница квартиру продала. Месяц назад объявление висело.
Лидия похолодела.
— Это точно?
— Ну как же. Славка из третьего подъезда хотел смотреть, да они уже продали. Дёшево, говорят, быстро сбыть хотели.
Когда Зинаида ушла, Лидия стояла у окна, глядя в темноту. Продали квартиру. Приехали со всеми вещами. «На недельку».
Они хотят остаться. Насовсем.
— Алла, это правда? Вы квартиру продали?
Племянница обернулась, на лице мелькнула паника, потом наглость:
— Ну да. А что такого? Здесь места полно! Ты ж не жадная? Мама бы хотела…
— Не смей! — Лидия повысила голос впервые за эти дни. — Не смей прикрываться моей сестрой!
— Ты что, нас выгнать хочешь? — Алла всплеснула руками. — Мы твоя родня! Куда нам идти?
— Туда, где вы на мои деньги новую квартиру купите!
— Да какие деньги! — Игорь выскочил из комнаты. — Всё в долги ушло! Нам крыша над головой нужна!
— И вы решили, что это будет моя крыша? Без спроса?
— Одинокая старуха! — рявкнул Игорь. — Кому ты нужна? Радуйся, что о тебе заботятся!
Лидия отступила на шаг. Всё внутри сжалось. Старуха? В своём доме?
Она подошла к телефону, набрала номер. Семён Борисович, адвокат, друг покойного мужа, ответил сразу:
— Лида? Что случилось?
Она коротко объяснила. Он молчал секунду, потом:
— Собери документы на квартиру. Я буду через час. С полицией.
— Ты что творишь?! — Алла побелела, когда в дверь позвонили.
На пороге стоял Семён Борисович, два участковых и соседка Зинаида в качестве свидетеля.
— Я адвокат Лидии Фёдоровны, — спокойно сказал Семён. — Готов зафиксировать факт незаконного проживания и попытки завладения жильём. Гражданка Алла, вы продали свою квартиру и вселились сюда обманным путём?
— Тётя Лид! — Алла кинулась к ней. — Это недоразумение! Мы просто погостить!
— Собирайте вещи, — Лидия удивилась твёрдости своего голоса. — У вас полчаса.
— Да ты пожалеешь! — заорал Игорь. — Мы в соцсети напишем!
— Клевета — статья, — заметил Семён. — Лучше собирайтесь.
Алла хватала сумки, всхлипывала, дети плакали. Игорь ругался, таская коробки. Лидия стояла у двери, скрестив руки.
— Помрёшь одна! — бросила Алла на пороге, нагруженная баулами.
— Лучше одной, чем с теми, кто считает меня добычей.
Дверь захлопнулась. Тишина.
Лидия обернулась — её квартира. Чистая, родная. На стене фотография с мужем. Она подошла, коснулась рамки:
— Федя, я защитила наш дом.
Села в кресло, включила телевизор. Заварила чай — в своей чашке, в своей кухне. Впервые за полгода на лице спокойная улыбка.
Зинаида Петровна заглянула через час:
— Лидочка, ты как?
— Теперь хорошо, Зин. Теперь это снова мой дом.
