— Ты премию получила?
Катя неспеша перевернула сырники на сковороде. Обычное субботнее утро начиналось с очередного финансового допроса.
— Получила.
— Отлично.
Коля по-хозяйски присел на край обеденного стола.
— Людке надо за кредит закинуть. Вчера в слезах звонила.
Он потянулся за сахарницей.
— У неё опять просрочка, из банка трезвонят целыми днями. Переведи ей тысяч двадцать, а то неудобно получается.
Катя выключила конфорку. Аккуратно переложила румяные сырники на плоскую тарелку.
— Кому неудобно?
— Мне неудобно!
Муж возмущенно вскинул руки.
— Родня же. Девчонка в декрете сидит, денег вечно в обрез. Муж у нее на заводе копейки считает. Надо помогать.
— Девчонка в декрете взяла кредит на самый дорогой телефон в линейке, — припечатала мужа Катя.
Она прислонилась к кухонному гарнитуру.
— А платить за ее понты должна я из своей премии? Замечательно придумал.
— Ну мы же семья!
Коля повысил голос, переходя в наступление.
— У нас бюджет общий. Потерпим немного. Я в следующем месяце шабашку на стройке возьму, отдам тебе все до копейки.
Эта песня играла в их доме каждые полгода. Люда регулярно брала микрозаймы. То на ногти и ресницы у элитного мастера, то на поездку на базу отдыха, то на новую коляску, хотя старая была в отличном состоянии. А Коля с видом благородного спасителя гасил сестрины хотелки из общего котла. Вернее, из той его части, которую тяжелым трудом наполняла жена.
— Общий бюджет закончился ровно минуту назад.
Коля непонимающе уставился на жену.
— В смысле?
— В прямом, Коля. С этой секунды мы бюджет делим.
Катя достала из верхнего ящика блокнот и ручку. Быстро набросала две ровные колонки.
— Квартплату пополам. Продукты каждый покупает себе сам. Бытовую химию — пополам. Своей сестре помогаешь исключительно из своих личных денег.
Муж побагровел от возмущения.
— Ты совсем удумала? Мы чужие люди, что ли? За копейку удавишься!
— Мы партнеры, — осадила его Катя.
Она ткнула ручкой в листок.
— У тебя зарплата средняя. Половина уходит на бензин для твоей обожаемой ласточки. Еще часть — на твои бизнес-ланчи в столовой.
Она с вызовом посмотрела на мужа.
— Остальное ты хочешь отдать Люде. Вперёд. Но меня из этой схемы вычеркни навсегда.
— Да пожалуйста!
Коля резко спрыгнул со стола.
— Обойдусь без твоих подачек! Моя зарплата позволяет мне нормально жить. И сестре помогу, и сам с голоду не помру. Посмотрим, как ты без мужика запоёшь!
Он развернулся и ушел в комнату. Хлопать дверьми не стал, но шагал тяжело и демонстративно громко.
Делать нечего. Катя спокойно села пить утренний кофе. Она прекрасно знала математику своего благоверного. В его голове продукты появлялись на полках сами, стиральный порошок рос прямо в ванной, а бензин был единственной реальной тратой в суровой мужской жизни.
После обеда в прихожей раздался настойчивый звонок.
Катя открыла дверь. На пороге стояла Люда. Без ребенка, зато с крайне недовольным лицом и телефоном в руке. Тем самым, купленным в кредит.
— Коля дома?
Люда отодвинула Катю плечом и прошла внутрь, даже не сняв куртку.
— В комнате, — сухо ответила невестка.
Коля уже выбежал на голоса. Увидев сестру, он слегка стушевался.
— Людок, ты чего без предупреждения?
— Того, Коля! Мне из службы безопасности банка звонили. Угрожают штрафами. Ты обещал сегодня деньги перевести!
Сестра уперла руки в бока.
— Ты мужик или кто? Сказал — сделал! У меня ребенок плачет, мне нервничать нельзя.
Коля виновато покосился на жену.
— Люд, понимаешь… У нас тут с деньгами туго пока.
— Какие еще трудности?
Люда презрительно фыркнула.
— У Катьки премия вчера упала, я точно знаю. Мне Светка из бухгалтерии вашей сказала. Не прибедняйтесь.
Катя шагнула вперед.
— У Катьки премия упала на Катькину карту. И там она и останется.
— Тебе для родни жалко?
Люда гневно вскинулась.
— Я в декрете! Мне государство копейки платит!
— А телефон за сто тысяч тебе тоже государство впарило? — ехидно поинтересовалась Катя.
Она скрестила руки на груди.
— Иди к мужу. Пусть он твои хотелки оплачивает. Коля теперь живет на свои. У нас раздельный бюджет.
Люда перевела ошарашенный взгляд на брата.
— Коль, это правда? Ты под каблук залез? Сестру родную бросишь из-за этой… жадины?
Коля набычился, пытаясь сохранить лицо.
— Никого я не брошу. Сказал же, шабашку возьму. На следующей неделе всё решим. Иди домой, Люда.
Сестра злобно сверкнула глазами.
— Спасибо, братик. Удружил.
Она развернулась на каблуках и выскочила на лестничную площадку.
Вечер понедельника стал первым настоящим испытанием нового режима. Катя после работы заехала в крупный супермаркет. Купила стейки красной рыбы, свежих овощей, хороший кусок говяжьей вырезки, сыр. Сложила всё на свою полку в холодильнике. Места там было предостаточно.
Коля вернулся поздно. Громко шуршал пакетами в прихожей. Демонстративно выгрузил на стол две пачки дешевых пельменей по акции, батон и бутылку кефира.
— Вот!
Он гордо ткнул пальцем в свои покупки.
— Мужику много не надо. Я на эти деньги целую неделю питаться буду. А ты свои миллионы на траву спускай.
— Приятного аппетита, — усмехнулась Катя.
Она достала запеченные рыбные стейки в фольге. Нарезала хрустящий салат с черри и огурцами. Запах пополз по кухне просто сумасшедший. Коля угрюмо варил свои пельмени, то и дело косясь на женину тарелку. Тесто в кастрюле быстро разварилось, превратив ужин в неаппетитную кашу.
— Не угостишь?
Муж попытался свести всё к шутке, натягивая на лицо улыбку.
— У нас раздельный бюджет, — напомнила жена.
Она неторопливо отрезала кусочек рыбы.
— Ты же сам сказал, что тебе много не надо.
Муж недовольно буркнул себе под нос что-то неразборчивое. Быстро доел слипшиеся куски теста с непонятным фаршем и ушел в гостиную.
Утром вторника ситуация начала выходить из-под Колиного контроля. Катя собиралась на работу. Муж суетился в прихожей. Искал ключи от машины. Перекладывал вещи на тумбе.
— Кать, слушай.
Он начал издалека, пряча глаза.
— У меня там бензин на нуле. Перекинь тысячи полторы на карту? До пятницы.
— Не могу.
Катя застегнула сапоги.
— Я на эти деньги хороший крем для лица заказала. У нас же раздельный бюджет. Попроси у Люды.
— Издеваешься?
— Напоминаю правила.
Коля скривился, но промолчал. На работу он поехал на автобусе. Это было видно по тому, как зло он натягивал шапку и заматывал шарф.
Среда принесла новые сюрпризы. Машина Коли не просто просила бензина, она отказалась заводиться. Потребовалась срочная замена масла и фильтров, плюс мелкий ремонт ходовой. Пришлось распотрошить неприкосновенную заначку, и все отложенные Колей деньги улетели в автосервисе за полдня нервотрепки.
Остаток дня он провел в мрачных раздумьях. А обещанная шабашка на стройке, как назло, сорвалась еще утром. В кармане оставалось двести рублей. Дешевые пельмени закончились еще вчера вечером.
Кое-как добравшись до работы на двух автобусах, в обеденный перерыв Коля вышел на крыльцо офиса. Набрал номер лучшего друга.
— Антоха, здорово. Выручай.
Коля пнул мелкий камешек.
— Займи пятерку до зарплаты. Машина сломалась, вообще на мели.
— Здорово, Колян, — раздался в трубке бодрый голос.
Антоха громко жевал.
— Брат, не могу. У меня ипотека списалась вчера. Сам на макаронах сижу. У жены попроси, Катька же премию получила.
— Мы бюджет разделили, — неохотно признался Коля.
На том конце провода повисла пауза, а затем Антоха громко заржал.
— Ну ты даешь! Доигрался в благотворительность? Я тебе говорил, не спонсируй Людку, она на шею сядет. Ладно, бывай, мне работать надо.
Коля сбросил вызов. Злость смешалась с отчаянием. Делать было нечего. Он открыл контакты и нажал на имя сестры.
Гудки шли долго.
— Да? — недовольно ответила Люда.
— Людок, привет.
Коля постарался придать голосу уверенности.
— Слушай, тут такое дело. У меня машина полетела. Все деньги в сервис отдал. Выручи, а? Скинь пару тысяч на еду до понедельника. Я же тебе столько раз помогал.
— Ты в своем уме?
Голос сестры мгновенно стал визгливым.
— У меня кредиторы телефон обрывают! Из-за тебя, между прочим! Обещал помочь и кинул. А теперь еще и деньги просишь?
— Люд, мне реально жрать нечего.
— Иди у своей грымзы проси!
Сестра сорвалась на крик.
— Ты плохой брат, Коля! Только о себе и думаешь!
В трубке раздались короткие гудки. Любовь некоторых родственников часто заканчивается ровно там, где заканчиваются свободные деньги спонсора. Люда привыкла брать, но отдавать в её планы никогда не входило.
В среду вечером Катя пришла домой пораньше. Приготовила тушеную говядину с картошкой. Нарезала свежий хлеб. Коля ввалился в квартиру только в восьмом часу. Уставший, злой и явно голодный.
Он молча прошел на кухню. Открыл холодильник. Долго смотрел на свою полку, где сиротливо стояла недопитая бутылка кефира.
— Кать.
Голос мужа прозвучал совсем иначе. Без вызова. Без мужского гонора.
Она оторвалась от тарелки.
— Что?
— Налей супа, а? Или что там у тебя в сковородке… Желудок сводит. Я сегодня даже не обедал в своей столовой. Денег нет.
— А как же твоя зарплата? — ехидно поинтересовалась Катя.
Коля тяжело опустился на табурет.
— Оказалось, что ремонт машины стоит как крыло от самолета. До получки еще жить и жить, а у меня на карте ноль.
— А Людин кредит? — не унималась жена.
— Я ей звонил сегодня. Просил занять.
Коля уставился в пустую столешницу.
— Сказала, что я плохой брат. И бросила трубку.
Он сидел ссутулившись. Больше он не выглядел хозяином положения, способным прокормить весь мир на свою среднюю зарплату.
— Прости меня, Катя. Я дурак.
Он сжал руки в замок.
— Я в магазине в понедельник чуть с ума не сошел, когда цены на мясо увидел. Кусок говядины стоит как половина моего бензина на месяц.
Он виновато отвел глаза.
— Я вообще не понимал, сколько ты на нас тратишь. Думал, продукты сами по себе копейки стоят.
Катя молча достала глубокую тарелку. Щедро наложила горячей говядины с рассыпчатой картошкой, решив окончательно добить его своим превосходством. Поставила перед мужем. Коля набросился на еду так, будто неделю разгружал вагоны.
— Вкусно? — спросила она.
— Очень, — промычал муж с набитым ртом.
Она не стала читать ему долгих нотаций. Не стала объяснять про цены на стиральный порошок, шампуни и коммунальные услуги. Мужик все понял через собственный пустой желудок. Это работало лучше любых лекций по финансовой грамотности.
— Замечательно.
Катя неторопливо допила свой кофе.
— Завтра идем в супермаркет вместе. Составим список на неделю.
Коля перестал жевать.
— И платим пополам?
— От кассы до кассы, Коленька.
Прошел ровно месяц.
Бюджет в их семье так и остался раздельным. Коля больше не порывался спонсировать сестру-декретницу. Люда звонила пару раз, жаловалась на безденежье и злых коллекторов, но брат быстро и сухо сворачивал разговор, ссылаясь на занятость на работе.
Теперь Коля точно знал, сколько стоит хороший кусок мяса, нормальный сыр и таблетки для посудомоечной машины. Иллюзии о дешевой самостоятельной жизни испарились вместе с теми самыми дешевыми пельменями.
А посуду за собой он теперь мыл всегда. Без единого напоминания.
