– Нина, Нина, мама приехала, – Нина услышала вопль мужа, когда находилась в ванне. И вздрогнула. Свекровь бывала редко. Но каждый ее приезд запоминался надолго. И нет, она не изводила невестку. Наоборот, окружала такой заботой, что хотелось взвыть.
Нина поспешно вытерлась и вышла из ванной, натянув улыбку на лицо. А Полина Ивановна уже втаскивала в коридор огромную сумку. Было понятно, в этот раз она явилась не на день-два. И догадки невестки были тут же подтверждены:
– Ниночка, я со своим разругалась! Нисколько меня не ценит! Представляешь, заявил, что это я его раскормила! Не доволен тем, что у меня всегда на плите и первое, и второе, и компот с выпечкой! Пусть один поживет! На покупных пельменях! А пока он в ум не придет, у вас побуду. Все-таки квартирку-то я подарила! И тебе полегче будет!
Полина Ивановна с удовольствием оглядела невестку, которая придерживала живот.
– Ну, сколько еще? Несколько недель и бабушкой я стану? – с улыбкой и нежностью в голосе спрашивала она, – а мой-то тебе помогает? – тут свекровь кивнула в сторону сына, и не дождавшись ответа, продолжила – а то я его мигом на место поставлю! Жена должна быть на первом месте!
Полина Ивановна уже вовсю хозяйничала на кухне. Она была крайне энергичной и активной женщиной. Она никогда не жаловалась на здоровье, была готова отправиться в любую точку планеты, если кто-то вдруг предложит.
Нина снова вздохнула. Свекровь вытолкала ее из кухни и сказала, что сама займется обедом. Пусть лучше невестка отдохнет, а то бледная что-то.
И Нина покорно отправилась в спальню. Но лежать не хотелось. Тогда женщина уселась в кресло и взяла вязание в руки. Но Полина Ивановна уже бежала к ней и вопила:
– Ниночка! Ты что? Вязать в положении – плохая примета! Положи сейчас же!
Нина быстро отложила свое рукоделье в сторону. И взяла в руки телефон. Надо же было чем-то заняться. Но и это дело не понравилось свекрови:
– Все эти телефоны излучают опасные волны! Вдруг на маленького повлияет! Ты что? Не позволю внука гробить!
Нина встала и направилась к выходу. На ходу она сообщила:
– Выйду, пройдусь, воздуха хочется!
Полина Ивановна догнала невестку, остановила, заставила надеть кофту и заботливо повязала шарфик. Правда, Нина тут же стащила его с шеи со словами:
– Полина Ивановна! Май на дворе!
– Май – опасный месяц! Вроде и пригрело, а сквозняки насквозь пробирают! Повяжи быстренько! Иначе никуда не пойдешь.
Нина поняла, что у нее нет шансов покинуть эту квартиру без шарфа, и послушно его повязала. Наконец, она оказалась во дворе.
Девушка осмотрелась и, заметив, что лавочка свободна, прошла к ней. Она наслаждалась одиночеством, тишиной и отсутствием свекрови. Раньше она хоть на работе отдыхала от ее заботы. А теперь ей и деться некуда. Хоть бы свекровь побыстрее уехала!
Но как это сделать? Никаких идей в голову не приходило. Вскоре к ней присоединился муж. Лешка спросил:
– Ну, как ты? Выдержишь? Прости, конечно, но она – моя мать. Я не могу ее выгнать! Потерпим?
– Куда же деваться, – улыбнулась Нина, – мне, может, и позавидовали бы подруги. Ведь теперь Полина Ивановна близко меня к плите не подпустит. Сама будет мыть, убирать, стирать. И мне ничего делать не даст. Слушай, Лёшик, давай ее с отцом помирим! Иначе она надолго у нас останется!
Алексей рассмеялся:
– Да папа тоже ведь устает от ее заботы! Он, небось, рад, что один остался!
– Ничего, я знаю, что нужно сделать.
И Нина взяла мужа за руку и повела домой. Еще с порога она закричала:
– Полина Ивановна! Обед готов? Что-то я проголодалась!
– Конечно, Ниночка! Я с собой из деревни привезла, мне только подогреть надо! Что ты будешь? Курочку? Яички? Омлетик? Пирожки с капусткой, а? Если хочешь, я мигом супчика сварю или котлетку пожарю!
Нина напустила на себя важный вид и сказала:
– Супчика я бы поела. С лапшой домашней! Вот хочу, сил нет!
Полина Ивановна радостно подпрыгнула. Наконец-то, невестка не будет строить недовольную мину! Наконец-то, она нуждается в ее заботе!
И Полина Ивановна кинулась месить тесто, резать лапшу, отваривать прозрачный бульон. А когда все было готово, она пригласила детей к столу. Алексей с удовольствием отправил ложку в рот, а вот Нина вдруг скривилась:
– Вы, что суп с курицей сварили? Терпеть не могу птицу! Ребрышек бы свиных! Прямо мечтаю о таком наваристом бульоне!
Ребрышек в доме не оказалось. Пришлось Полине Ивановне идти на рынок и снова варить суп. Но и он не понравился невестке. Она заявила, что уже перехотела наваристый бульон. А хочет жареной картошечки.
Через полчаса перед Ниной стояла сковородка с поджаристой картошечкой. Но она мечтала о картошечке с зеленым луком. А его-то дома и не было. Побежала бедная Полина Ивановна снова на рынок.
В общем, гоняла Нина свекровь целый день. То компот ей не такой, то чай не вкусный, то сладкого хочется, то соленого. А ближе к вечеру невестка сказала, словно, раздумывая:
– А Егор-то Борисович, наверное, и не скучает! Рад, что вы уехали!
– Муж у меня хороший, Нина! И скучает он. Просто гордости много. Никогда меня не позовет! Я его измором возьму! Поживу пока у вас. Квартирку-то мы с отцом вам подарили! Имею право! Поухаживаю за тобой. Только вот что, дочка, ты уж с вечера меню подготовь. Чтобы я по сто раз на рынок не бегала. Не молода я уже!
Нина благосклонно кивнула. А потом словно невзначай спросила:
– А Тамара-то Петровна как там поживает? Так и живет одна после того, как мужа не стало? Не подыскала ли себе спутника жизни?
Нина имела в виду соседку свекрови. Та почти два года вдовствовала. Но в последнее время заскучала. Стала наряжаться и глазки мужчинам в возрасте строить.
Об этом Нина знала от самой свекрови. Та ей подробно рассказывала по телефону, как бесстыжая Тамарка в гости заходила и пыталась Егорке глазки строить. А тот и рад.
Полина Ивановна напряглась, услышав ненавистное имя потенциальной соперницы. А Нина продолжала:
– Егор-то Борисович – мужчина видный! Такая у него седина благородная на висках! Он ведь еще хоть куда! Эх, не была бы замужем за вашим сыном, сама бы на него засмотрелась!
Полина Ивановна вспыхнула и хотела уж было отругать невестку за такие мысли, но та не дала ей и слова сказать:
– Так вы говорите, не звонил вам Егор Борисович? Занят он, видно! А Тамара-то Петровна похорошела в последнее время! Вес сбросила, – Алексей, слушающий разговор, едва сдерживал смех. Он уже давно понял, что задумала его жена.
Он взглянул на мать. Та уже набирала номер отца. Но из трубки доносились только длинные гудки. Она всполошилась и проговорила:
– Алексей! Ты что лыбишься? Такси-то есть у вас ночное? Вызывай! Домой поеду!
Через полчаса Полина Ивановна отбыла. Сегодня она очень устала. Целый день старалась угодить привередливой невестке, а теперь вот пришлось ехать в ночь за 100 км.
Егора Борисовича она, кстати, нашла мирно спящим в одиночестве под супружеским одеялом. Больше к сыну и невестке Полина Ивановна одна не приезжала. Только с супругом, да и то: на часика полтора!
