Мне тогда исполнилось девятнадцать лет, и я, как большинство людей в этом возрасте, считала себя бессмертной.
У родителей было два дачных участка на Пятой стройке. Один — основной, обжитой. Второй купили через улицу, буквально за копейки. На всякий случай. Вдруг на первом участке не хватит места для всех грандиозных сельскохозяйственных планов.
Второй участок некоторое время стоял без дела. И однажды я решила проявить самостоятельность.
— А давайте я сама буду его обрабатывать!
Родители переглянулись, но спорить не стали.
Мне выдали лопату и тяпку, а две бочки для воды папа деловито водрузил на запорожец, перевязал бичевкой и перевез мне с одной улицы на другую.
Забора не было, как и денег на него. Вопросы заканчивались после первой мысли – а что там вообще красть? Бочку с пробоиной, в которую папа вбил колышек?
Зачем вообще забор человеку, который в девятнадцать лет уверен, что весь мир настроен исключительно доброжелательно?
********
Земля на Камчатке замечательная.
Тёмная, рыхлая, вулканическая. Копать её — одно удовольствие. Правда, периодически из грунта показываются камни размером с хороший чемодан. А некоторые по размеру такие, что стыдно становится – зачем у камня дачу отобрали?…
Пятая стройка — место, известное каждому камчатцу. Именно камчатцу, а не камчадалу. Когда-то здесь строили радиопередающий центр, и рабочее название пережило саму стройку, оставшись названием микрорайона города Елизово.
Пятая стройка.
Это был 1993 год.
Магазины не баловали нас, граждан, изобилием. Всё, что можно было вырастить самому или принести из леса, воспринималось как богатство и признак большой пронырливости.
В июне все дружно собирали папоротник и черемшу. Потом, в июле-августе, шли за жимолостью. Ее в лесах произрастало несколько видов.
Камчатка долго баловала дачников.
Колорадского жука не было. Клещей в те годы тоже почти не встречалось. Змеи и те там не живут. Никаких гадюк в траве, никаких сюрпризов под кустами.
Мы росли в приятной уверенности, что природа вокруг суровая, но вполне безопасная…
Кроме медведей.
Медведь на Камчатке успешно заменяет и змей, и клещей, и колорадского жука вместе взятых…
Хозяин леса!
Причём, орудует он с таким энтузиазмом, что потом догадываешься: ага! конкуренты изначально были… только змеи теперь вместо шнурков торчат из его кед…
*******
Наша улица вплотную примыкала к лесу.
Однажды я пришла работать на свой участок и… увидела следы.
Медвежьи!
А потом — то, что осталось от моих грядок… Капуста выглядела так, будто ею кидали о сарай с целью разлохматить. Морковка повяла, понадкусанная.
Складывалось впечатление, что ночью наведался вандал весом в шестьсот килограммов… По следам я прям представляла, откуда и куда он перемещался…
Я стояла посреди участка и пыталась осмыслить происходящее.
Мой внутренний аграрий ещё шептал:
«Ничего страшного, один разок пришёл. Посадим всё заново… следующим летом.»
Но осторожный человек внутри меня уже мысленно паковал чемоданы.
Соседи только подлили масла в огонь.
Рассказали, что слышали ночью, как медведь ходил вокруг участков, скрёб ворота, пытался ломать заборы и вообще вёл себя так, словно все дружно должны ему денег.
Мне сразу вспомнились рекомендации по встрече с медведем.
Не убегать.
Не поворачиваться спиной.
Не паниковать.
Шуметь погромче (ну эта рекомендация самая рабочая, орать от страха будешь так, что гризли на той стороне планеты проснется и сбежит).
Стучать в металлический таз, (если говорить разучился от переполняющих чувств). Гарантированно: переполнять тебя уже ничего не будет…
Вот только нигде не объяснялось, как именно человек должен сохранять спокойствие, когда понимает, что рядом ходит дикий и голодный зверь размером с небольшой автомобиль!
После этого эпизода каждый куст казался мне медведем.
Даже каменные берёзы начали выглядеть не как деревья, а как мои потенциальные укрытия. Я даже отработала технику залезания на одно из них.
Я смотрела с дерева на загадочный лес и думала:
«Сколько вас там?»
Однажды я испугалась собственной куртки, которую оставила на участке. Она была светло-коричневой и раздувалась на ветру.
А потом услышала историю, после которой моя сельскохозяйственная карьера закончилась в один момент.
Медведь убил женщину.
Её муж уехал на материк, заселяться в новое жильё, а она осталась завершать дела и решила напоследок сходить за жимолостью в лес…
Сходила…
******
Посидели мы с родителями, посовещались, и решили продать тот участок.
Мне так не хотелось туда возвращаться, что медведь в следующих моих рассказах делался всё деятельнее, как персонаж из фильма ужасов, а предположения, что могло бы со мной случиться, наверняка заинтересовали бы Дэвида Финчера.
А что?
Включается тревожная музыка и закадровый голос зловеще шепчет:
«По ночам на участке хозяйничает председатель медвежьего товарищества, крайне недовольный качеством агротехнических работ и твёрдо намеренный подкорректировать посадки»…
Родители смеялись с этой моей устной экранизации.
А я неожиданно заметила, что рассказывать про медведя мне нравится гораздо больше, чем выращивать капусту.
Участок мы продали.
И, если честно, я ни разу об этом не пожалела.
