У каждого были семьи, уже выросли дети и разъехались, внуки приезжали всё реже, потому что выросли, а эти двое всё враждовали. Ну, как враждовали, открытых вредительских действий не
— Я от тебя Ирма, ухожу. Не твоё дело куда, куда не ходят поезда, поняла, — муж складывал в чемодан аккуратно отглаженные рубашки, брюки, свитера, галстук. -К Светке
— Евдокия, слышь Евдокия, — забарабанили в окно. -Ну?- Евдокия выглянула надевая на хожу жилетку, — вы что стучите, усыпила только маленького. -Таам, эшелон…дети, пойдёшь смотреть? Наши ходили,
Елена сидела на краю кровати, держа в руках маленькую игрушечную машинку. Её руки дрожали, а глаза были полны слёз. Полчаса назад новоиспеченный муж Михаил объявил, что чужой ребёнок
В пустом зале ресторана «Бульвар» было непривычно тихо. Елена сидела за дальним столиком, рассеянно поглаживая накрахмаленную скатерть. Пять лет назад в этот самый день они с Мишей открыли
— Господи, только не это… Кира смотрела на тест с двумя полосками и всерьез боялась, что она сейчас потеряет сознание. Беременность не то, что не входила в ее
Подлая математика семейной жизни: выжать максимум, вложив минимум. Дождаться последнего ипотечного платежа. Избавиться от ненужного балласта. Получить свою долю. Только вот в этом уравнении появилась непредсказуемая переменная. Лизавета
Людмила пришла к ним майским вечером. Просто взяла и появилась — с чемоданом, с сыном, с этим своим особенным выражением лица, которое Анна терпеть не могла: страдальческая гримаса
Есть люди, которые умудряются годами хранить свои секреты, при этом находясь при этом у всех на виду. Дмитрий Нагиев – именно такой человек. Тот самый «физрук», любимец публики,
В воздухе витал густой аромат дорогих духов, вперемешку с терпким запахом красного вина, которое медленно испарялось из бокалов на стеклянном столике. В комнате царил полумрак — лишь мягкий
— Олег, что ты такое говоришь, какое расставание? Мы в браке пятнадцать лет, у нас трое детей с тобой! — Арина смотрела непонимающе. — Детей сюда не приплетай,
— Что это? — Елена потрясла чеком перед лицом мужа. — Александр, откуда взялись эти сорок тысяч? Александр замер у холодильника с открытой дверцей. Молоко, которое он держал
– Вы, что, не понимаете? Вы должны немедленно переписать на меня дом! И это не обсуждается! Иначе вы больше никогда не увидите внуков! Я уеду из этого города
— Типичный марковский подход, — вздохнула она, когда Алёна замолчала. — Увы, ты не первая. — И что теперь? — Алёна всплеснула руками. — Просто заплатить и забыть?
Валентина поправила складки на платье и в сотый раз проверила содержимое сумочки. Кольца, деньги, ключи – всё на месте. Сегодня был важный день – свадьба её единственного сына
— Вы тоже находите, что в этой картине есть что-то… неуловимое? — голос за спиной Виктора Сергеевича был мягким, с легкой хрипотцой. Он обернулся и увидел молодую женщину
— Ты же говорила, что всю жизнь мечтала о внуках, — Анна поставила чашку на стол так резко, что чай выплеснулся на скатерть. — А теперь, когда у
— А почему ты не отвечаешь, когда я звоню? — голос Алексея в телефонной трубке звучал обиженно. Елена поморщилась, зажимая трубку между плечом и ухом, пока пыталась закрыть