У Насти было стойкое ощущение, что здесь что-то не так. Это было даже не ощущение, а уверенность.
Алина грустно смотрела на унылый питерский дождик. Капли падали на подоконник и стекали неровными струйками
— Я не хочу, чтобы твоя мама ездила к нам на дачу. — И как ты себе это представляешь? Я ей так и передам?
У Кати словно открылись глаза. Всё встало на свои места резко и неожиданно, как бывает только в моменты озарений.
Зеленый «жигуленок» подпрыгивал на ухабах, стиральная машинка раскачивалась на заднем сиденье.
— Ты правда думал, что я никогда не узнаю? — Анна швырнула на стол конверт с результатами ДНК-теста.
— Нет, Маша, ты не понимаешь! Куда нам деваться с ребёнком? — Светлана прижала ладони к груди.
Телефон зазвонил после десяти вечера. Мария Ивановна вздрогнула — звонки в это время никогда не приносили
— А теперь я прошу вас поднять бокалы за счастье новой семьи! — тамада поднял свой бокал, и гости шумно
А потом закрутилось — беременность, свадьба, Маша, бытовые проблемы, девяностые с их безденежьем и неопределенностью.
— Зачем ты опять с этими пирожками? — Виктор скривился, глядя на дымящееся блюдо. — Думаешь, накормишь
— Я тебе долго не надоедала, дочка. Но сейчас прижало, — голос из динамика звучал одновременно заискивающе
Наташа всегда считала себя гостеприимной хозяйкой. Когда они с Андреем, после десяти лет скитаний по
Мария всегда считала, что в её доме всё должно быть по её правилам. Она любила собирать семью за большим
— Передай, пожалуйста, соль, — попросил Николай, не отрывая взгляда от тарелки с картофельным пюре.
— Боря, ты там мне комнату приготовь! – сказала тетя Наташа по телефону. – Сейчас у мамки твоей
— Собачий парикмахер? – кривясь, спросила Зоя Вадимовна. – Это что, профессия такая? —
— Детей забрать не хочешь? – надменно спросила Зинаида Николаевна. — Они вам что, мешают?