— Вам не стыдно? Мам, пап! Вроде родители, а ведёте себя как жулики! — сердито возмутилась Дарья. — Кирилл мне всё рассказал! Больше мне не звоните!
Женщина даже не стала ждать ответа. Просто бросила трубку. Мир перевернулся с ног на голову, но теперь ей всё было кристально ясно. А ведь ещё неделю назад она свято верила, что её семья искренне порадуется её успехам… Вот наивная.
…Всё началось с обычного семейного чаепития. Дарья и Кирилл заглянули к её родителям, чтобы поделиться радостными новостями. Пять лет адской экономии, отказов от отпусков и погонь за акциями наконец-то принесли плоды. Теперь их крошечная студия на окраине действительно принадлежала им. Они сбросили с себя оковы ипотечного рабства.
Для Дарьи это был не просто закрытый кредит. Всё детство она провела в маленькой комнатушке, где спала чуть ли не на головах у родителей. У неё не было ни своего личного пространства, ни рабочего стола. Уроки она делала на кухне под шипение жарящихся котлет, а поговорить по телефону могла разве что на улице. Везде были любопытные глаза и уши.
Теперь у неё наконец было что-то своё. Но она не планировала останавливаться на достигнутом. Когда-то Дарья поклялась себе, что её будущий ребёнок никогда не узнает, каково это — прятаться в ванной, чтобы просто поплакать в одиночестве. Муж, выросший в похожих условиях, полностью разделял её мечту.
Именно поэтому пара, не сбавляя темпа, продолжала откладывать каждую свободную копейку на просторную двушку. У них уже даже была небольшая сумма на руках. Молодые потихоньку присматривались к доступным вариантам, хотя, конечно, рыночные цены пока не тянули.
Собственно, с этими вестями они и приехали в гости к Людмиле Николаевне и Леониду Борисовичу.
— Мам, пап, скоро мы будем расширяться! — Дарья светилась от счастья. — Уже почти накопили на двухкомнатную квартиру, если сложить с нашей. Может, у вас кто на работе или среди соседей продаёт что-нибудь подходящее? Через знакомых сейчас как-то безопаснее, да и скидку могут сделать. У нас пока каждая тысяча на счету.
Она прекрасно знала, что её родители, откровенно говоря, очень прижимистые. Леонид Борисович делал деньги буквально из мусора. В прошлом году он умудрился продать кому-то диван с клопами, который и на свалку-то было стыдно вынести, почти по цене нового. Людмила Николаевна же могла практически загрызть продавца в магазине за десять рублей сдачи. Но дочь была уверена: коммерческая хватка родителей никогда не коснётся своих.
Какое чудовищное заблуждение…
Услышав, что у молодёжи теперь водятся свободные деньги, Людмила резко перестала жевать печенье. Её обычно слегка рассеянный взгляд вдруг стал цепким, внимательным.
— Какая ещё двухкомнатная квартира? — вскинула брови она. — Зачем это вам?
— Чтобы нормально жить и рожать детей, — удивлённо ответила Дарья. — Чтобы у ребёнка была своя комната. Чтобы на кухне было место для мультиварки. Мам, много места — это же хорошо…
— Глупости какие! — отрезала Людмила. — Мы с тобой прекрасно жили в однушке. И ничего, все живы. Спускать такие деньжищи на лишнюю комнату — это же безумие! Если у вас есть деньги, их нужно вложить грамотно.
— И куда же? — напряжённо спросил Кирилл.
— Да полно вариантов! Хорошие зубные импланты, ремонт, санатории… — начала перечислять Людмила.
Молодые переглянулись. Они не понимали, при чём здесь всё это.
— Мам, но у нас всё в порядке с зубами, да и санатории нам по возрасту пока не полагаются вроде, — попыталась отшутиться Дарья. — А ремонт… Так лучше переехать и делать его уже в новой квартире.
— Так я не про вас! Я про нас. У меня, например, двух зубов нет. И суставы начали ныть на погоду, надо бы подлечить. Мы с твоим отцом сто лет не отдыхали. Ну, и прихожую давно пора освежить, а то перед соседями стыдно…
— Мам, погоди… — растерялась Дарья. — При чём тут твои зубы и прихожая? Это же наши с Кириллом деньги. На квартиру.
— А при том, дорогая моя, что мы в своё время все силы в тебя вбухали, а теперь нам даже на зубы не хватает! — повысила голос Людмила Николаевна. — Или ты думаешь, что вы в двушке барствовать будете, а мы так, как-нибудь перебьёмся?
Девушка опешила. Это правда, жили они небогато, но… Родители сознательно выбрали такой образ жизни. Они предпочитали латать дырки на одежде и есть пшёнку без мяса, зато чуть ли не спали на деньгах. И при этом умудрялись занимать у знакомых. В детстве Дарья не понимала, зачем они это делают. Да что там, она и сейчас не понимала.
— Мам… Ты предлагаешь просто отдать наши деньги вам?
— Ой, ну чего ты так кривишься? — мать недовольно поджала губы. — Про дочерний долг слышала? Или нет? Мы в тебя столько здоровья, нервов и денег вложили. Ночей не спали, кормили, одевали… Свой угол у вас есть, всё для жизни имеется. Пора бы и благодарность проявить, а не только о себе думать.
В разговор вдруг встрял молчавший до этого отец.
— И машину нашу пора бы проверить, а то тарахтит хуже бабы Нины, — добавил он, невозмутимо доливая кипяток в чай. — Нет, Даш, две комнаты на двоих — это вы уже с жиру беситесь. Мы же как-то справились. Терпели, во всём отказывали себе. Старшим помогали, кстати. Теперь ваша очередь потерпеть и помочь старшему поколению.
К горлу подступил ком. Они-то помогали? За всю свою жизнь Дарья помнила два таких случая. Один раз мать заболела и не смогла пойти в театр, попыталась пристроить билеты, да не вышло. В итоге она отдала их свекрови за час до начала. В другой раз отец расщедрился на пару бутылок домашнего вина, которое, со слов дедушки, уже почти превратилось в уксус. Вот и вся помощь.
— Мам, пап, вы же нормально зарабатываете, — не выдержала Дарья. — Мы и так регулярно подкидываем вам деньги на праздники и просто так. Вы же не голодаете! И вообще, это не только мои деньги. Половина там принадлежит Кириллу. Уж он-то точно вам ничем не обязан!
Но Людмила Николаевна была не из тех, кого легко смутить. Она за словом в карман не лезла.
— А это, Кирюша, будет твоя благодарность за то, что мы отдали тебе такую красивую, хорошую девочку, — ответила она. — Пользуешься плодами нашего труда — изволь ответить добром на добро.
В комнате повисла тишина. Дарья растерянно смотрела на людей, которых считала самыми близкими в мире. В их глазах не было ни капли стыда. Только расчёт. Они воспринимали молодую семью как копилку, которую пришло время разбить молотком.
— Так, Кирилл. Пойдём отсюда, — сказала Дарья мужу и резко встала из-за стола. — Пока мне не выписали счёт за воздух, которым я дышала до восемнадцати лет.
Она ушла, надеясь поскорее забыть этот разговор. Но это было лишь началом…
Спустя пару дней Дарье позвонил отец.
— Дашенька, солнышко, помогай, — взволнованно начал Леонид. — Я поехал за картошкой в деревню и заглох на трассе. Из машины дым валит. Нужны деньги на диагностику и эвакуатор.
Спросонья женщина растерялась и перевела кругленькую сумму. Уже потом до неё дошло, что её, возможно, решили методично доить, раз уж прямая атака не удалась.
Ещё через день позвонила мать.
— Ох! Дашуль, у меня тут такое со спиной… Мне кажется, у меня сейчас ноги откажут! Врач сказал, нужен курс массажей, но у нас сейчас нет таких денег… Поможешь, зай?
На сей раз Дарья была готова к нападению.
— Нет, мамуль. У нас сейчас нет такой возможности. Мы и так помогли папе с машиной. А массажи при таких болях делать нельзя. Вызывай скорую.
Мать обиженно фыркнула и бросила трубку.
Но это был не конец. В воскресенье утром родители предприняли новую попытку.
— Дашенька! Мы тут тонем! — истошно голосила Людмила в трубку. — Трубу в ванной прорвало, кипяток хлещет во все стороны! Соседи снизу уже с полицией в дверь колотят! Срочно нужны деньги на починку, иначе нас по миру пустят с судами и адвокатами!
— Так вы не сидите, а вызывайте аварийку! — ответила женщина. — А с деньгами разберёмся.
Дарья напряглась. Одно дело — выдуманный радикулит, совершенно другое — потоп. Зато теперь появился шанс поймать родителей с поличным.
Кирилл был мастером на все руки. Если там и правда потоп, он поможет справиться, если нет… Дарья старалась не думать об этом.
Спустя пятнадцать минут зять открыл дверь запасным ключом, который ему передала жена, и вошёл внутрь, готовый нырять в кипяток, но… Никакого пара. Никаких злых соседей. Только сухой паркет в прихожей, смех и звон чайных ложечек на кухне.
Кирилл бесшумно прошёл по коридору и застыл. Родственники, пребывая в прекрасном расположении духа, уплетали румяные пирожки с повидлом. Никаким потопом тут и не пахло. Леонид Борисович и Людмила Николаевна просто устроили шоу в надежде, что спросонья запаниковавшие дети скинут деньги на карту, не задавая лишних вопросов.
Мужчина молча развернулся, вышел на лестничную клетку и набрал номер жены. Именно тогда Дарья не выдержала, позвонила матери и сравнила их с мошенниками.
Людмила решила, что разговор не окончен. Она отправила дочери голосовое сообщение.
— Да как у тебя вообще язык повернулся родной матери сказать такое?! — возмутилась она, поняв, что её план окончательно провалился. — Неблагодарная! Мы на тебя всю молодость положили, а теперь должны выслушивать такое?
— Мам, вы себе не дочь растили, а живой банк, — холодно ответила Дарья. — Вынуждена вас разочаровать. Накрылась ваша схема. Условия по процентам изменились, выплат больше не будет.
…Прошло полгода. За окном расцветала весна, а в новой просторной двушке кипела жизнь. Дарья и Кирилл клеили обои в будущей детской комнате.
Они сделали это. Сами. Без чьей-либо помощи они нашли отличный вариант через проверенного риелтора. Да, сэкономили не так много, как могли бы, зато теперь им никто не мог предъявить долг за помощь.
Родители, увы, так и не извинились. Более того, они ещё и нажаловались всей родне. И, как ни странно, все многочисленные тётки, дядьки и двоюродные сёстры заняли сторону «брошенных стариков», так что семья Дарьи сильно уменьшилась. Зато теперь между ней и чужой алчностью возвышались прочные бетонные стены. Родители даже не знали их нового адреса. Пришлось сжечь мосты, но без них Дарье спалось намного спокойнее.
