В отделе, где работала Алевтина Сергеевна, дни рождения отмечали по особому ритуалу.
Сначала весь коллектив собирался в конференц-зале. Потом именинника приглашали вперёд, и он должен был произнести речь.
Не тост.
Не слова благодарности.
А именно полноценное, радушное выступление-обращение к коллективу, после чего коллеги отправлялись пить чай и обсуждать, что человек сказал неправильно.
Почему неправильно?
А в этом коллективе что-то сказать правильно в принципе было невозможно.
Двадцать человек, из них восемнадцать женщин, – гремучая смесь.
Двое мужчин, Александр из юридического отдела и водитель Петрович, которые на подобных мероприятиях обычно смотрели в окно с такими лицами, будто за ним должен подлететь спасательный вертолёт, повлиять на ситуацию никак не могли.
За годы существования традиции «пострадали» многие.
Одна сотрудница поблагодарила юридический отдел за помощь в одном сложном вопросе.
— Ага, как же, — заметили женщины. — Значит, мы ей не помогаем?
Александр однажды отметил, что дружный коллектив – это работа всей команды.
— Это он про кого сейчас говорил? Или он с кем-то дружит, кого мы не знаем? — прокомментировала архивариус Нана Вахтанговна.
Финансист Валентина Ивановна просто сказала:
— Спасибо всем.
И тут же получила обвинение в формализме, душевной скупости и речевой ограниченности…
*****
… Алевтина Сергеевна наблюдала за этим не год и не два. Почти четыре.
Дело в том, что родилась она 29 февраля и в «заместительный день» праздновать день рождения не хотела.
В её случае времени на подготовку речи было предостаточно.
Пока другие сотрудники успевали один за одним выступить и стать источником сплетен, она наблюдала, анализировала и делала выводы.
К факту своего скорого выхода в конференц-зале Алевтина подошла как сап.ёр, который призван обойти мин.ное поле из женских придирок.
Готовиться начала первого февраля.
Написала речь, переписала.
Потом ещё раз переписала. Репетировала артикуляцию, жесты.
Затем составила таблицу, в которой перечислила всех сотрудников и отметила, кому что сказать.
Она вычитывала текст на шероховатости. Записывала его на аудио, не затянуто ли будет слушать.
Обратила внимание на порядок упоминания отделов. Юристов переставила выше кадровиков.
Потом кадровиков выше юристов.
Потом поставила всех по алфавиту.
Потом решила, что это тоже может кого-то задеть.
Водителя отметила как саму ответственность и надежность.
Накануне выступления ей приснилось, что инспектор по кадрам отчитывает её за неправильную расстановку благодарностей…
В день рождения Алевтина пришла на работу с лицом человека, которому предстоит первому выйти из космического корабля на неизученной планете без скафандра…
Наконец настал торжественный момент.
Она вышла навстречу коллегам и начала:
— Если кто-нибудь из вас боится публичных выступлений, рекомендую поработать у нас пару лет. Всё как рукой снимет.
По залу пробежал первый смешок. Начало было положено.
— После нескольких дней рождения в нашем коллективе любой человек будет способен без дрожи в голосе выступать перед министром, губернатором и налоговой одновременно.
Смех стал раскованнее.
— По крайней мере, они не будут потом сомневаться, что именно вы имели в виду в третьем абзаце своей речи…
Конференц-зал окончательно раскрепостился. Даже самые суровые сотрудницы радушно улыбались.
Алевтина Сергеевна еще подсобралась.
«Отлично, — подумала она. — Пока всё идёт по плану».
Она ещё не знала, что её тщательно выверенная речь несётся навстречу судьбе, как идеально отглаженная белая блузка к тарелке с борщом…
Алевтина Сергеевна поблагодарила руководство. Без подхалимажа и подобострастия, а вежливо.
Перечислила отзывчивость коллег, без выделения любимчиков.
Отметила профессиональную помощь каждого отдела.
Пожелала всем здоровья, успехов и спокойствия.
Речь получилась настолько безупречной, что комар носа не подточит.
Получилось!
Впервые за много лет никто не обиделся, потому что не на что.
Но… уже через десять минут возле чайного стола начали собираться женщины.
Они переглядывались с тем особым выражением лиц, которое появляется у людей, нашедших наконец потерянную улику.
— Нет, вы слышали? Очень уж всё правильно было!
— Вот именно.
— Прям идеально.
— Даже слишком идеально, я бы сказала, стерильно!
— А я бы сказала, подозрительно идеально!
Через полчаса вердикт был вынесен.
— Всё с ней понятно. Она хотела всем показать, какая она правильная и безупречная.
— Да-да.
— Мол, смотрите и учитесь, как надо выступать. Четыре года ваш бред слушаю и поражаюсь.
— Точно! Вознеслась, выставила себя лучше остальных…
— Скрытое превосходство. А так и не скажешь, здрасьте до свидания, какая у вас блузка стильная, Дина Аркадьевна…
— Вынашивала! Мы по ее мнению люди второго сорта!
— Но далеко не глупцы! Все заметили!
Когда до Алевтины долетели эти разговоры, она сначала впала в недоумение. Растерялась.
А потом рассмеялась.
Она обложила грабли подушками, обмотала поролоном, чтобы на них не наступить, а… они оказались не одни и выждали её совсем с другой стороны!…
В тот вечер Алевтина пришла домой удивительно спокойной.
Заварила чай, отрезала кусок торта и решила больше не заморачиваться.
Всегда найдутся люди, которым не понравится, что ты слишком громкий, слишком тихий, а особенно, если выделяешься.
Так что, единственный надёжный способ существования — это быть собой.
