Анна считала, что Вика, её младшая сестра, словно теряет связь с реальностью. У Вики была стабильная, высокооплачиваемая работа — её ценили и коллеги, и клиенты. Но она всерьёз подумывала всё бросить, чтобы целиком посвятить себя выпеканию тортов на заказ. И это при том, что ипотека ещё не была погашена.
Анна не могла понять: разве Вика не осознаёт всех рисков? Не сразу получится выйти на стабильный поток клиентов — если вообще получится. А банк ждать не станет: платежи по ипотеке должны вноситься точно в срок. Анна опасалась, что в итоге бремя ипотеки ляжет на плечи её и родителей — а этого никому из них не хотелось.
За ужином в кругу семьи разговор снова зашёл о планах Вики.
— Вик, подумай ещё раз, — мягко начала мама. — Может, стоит сначала закрыть ипотеку? А выпечку развивать параллельно, в свободное время? Так будет надёжнее.
— Да если я сделаю так, как вы предлагаете, то любимым делом займусь только на пенсии! — горячо возразила Вика. — И вообще, я сама решу, что и когда мне делать. А своими советами вы просто тянете меня на дно!
Отец вздохнул и осторожно добавил:
— Мы просто беспокоимся о тебе. Рынок сейчас переполнен: многие женщины пекут торты на продажу. Придётся потрудиться, чтобы найти свою нишу.
— Я справлюсь, — уверенно ответила Вика. — Мои десерты вкусные и красивые, клиенты обязательно найдутся. Я чувствую, что это моё призвание.
Справедливости ради, Вика действительно создавала восхитительные десерты — в каждую деталь она вкладывала душу и фантазию. Но Анна понимала: конкуренция высока, и одной любви к делу недостаточно. Нужно изучать рынок, продумывать рекламу, акции, скидки, закупать продукты и специальную технику. Неизвестно, когда Вика выйдет в плюс.
Несмотря на уговоры, Вика не собиралась отступать. Она уже посещала кондитерские мастер‑классы и всё чаще повторяла:
— Вот когда я брошу эту скучную работу и начну печь торты, тогда, наконец, заживу!
Анна помнила, как несколько лет назад сестра взяла кредит на дорогой смартфон, а вскоре уволилась с неплохой работы. Тогда родителям пришлось её содержать и выплачивать кредит. Чтобы облегчить их нагрузку, Анна подрабатывала по вечерам, хотя сильно уставала из‑за учёбы.
«Не хочу повторения этой истории», — думала Анна.
Однажды сёстры остались наедине. Анна решила высказать свои опасения напрямую:
— Вика, ты не привыкла делать накопления или планировать наперёд. Боюсь, все деньги от увольнения уйдут на дорогие инструменты и ингредиенты. Потом, скорее всего, ты возьмёшь кредит на открытие бизнеса. А если что‑то пойдёт не так?
Вика вспыхнула:
— Какая же ты завистливая! Конечно, сама‑то ничего сложнее шарлотки в жизни не пекла. Но я не криворукая, в отличие от некоторых, поэтому обязательно справлюсь! А ты и дальше перекладывай бумажки в офисе и молча захлебывайся в своей зависти!
Анна сдержалась, чтобы не ответить резко.
— Я не завидую тебе, Вика. Я просто реалистично смотрю на вещи. У меня тоже есть хобби — фотография. Я могла бы попробовать на этом зарабатывать, но понимаю: сегодня клиент есть, а завтра — нет. И финансово подстраховать меня будет некому.
— Зато я уверена в себе! — парировала Вика. — Это вы ещё будете просить меня о помощи, а я ещё подумаю, давать ли её вам или нет.
— Давай без фантазий, — спокойно ответила Анна. — Я не стану просить у тебя денег. И родители тоже. Мы справимся сами. Но и ты на нас не рассчитывай, если что‑то пойдёт не так.
Родители на словах поддержали Анну, но она подозревала: если Вика окажется в беде, они из жалости начнут ей помогать. Сама же Анна твёрдо решила не менять своего решения. У неё были свои планы на деньги, и она привыкла полагаться только на себя.
Вика пока не увольнялась — видимо, где‑то в глубине души она понимала, что время для резких перемен не самое подходящее. Но её настрой был ясен: она стояла на «низком старте», готовая в любой момент бросить стабильную работу ради мечты. Анна же молча наблюдала, надеясь, что сестра всё‑таки взвесит все риски и примет обдуманное решение.
