Муж привёл на ужин женщину, к которой собирался уйти. Но она посмотрела на меня и спросила: «А вы почему с чемоданом?»

Я поставила на стол три тарелки.

Потом подумала и одну убрала.

— Наташа, только давай без спектаклей, — сказал Сергей из прихожей. — Мы взрослые люди.

Он произнёс это с таким выражением, будто взрослой за последние двадцать шесть лет была исключительно я, а он только сегодня решил попробовать.

Рядом с ним стояла женщина в светлом пальто. В руках — коробка пирожных. Симпатичная, примерно моего возраста.

Почему-то именно это меня и удивило.

Я готовилась увидеть молоденькую. Успела даже пожалеть себя перед зеркалом: складка возле рта, шея, руки. Оказалось, дело было не в возрасте.

— Проходите, — сказала я. — Только обувь снимите. Я пол помыла.

Женщина посмотрела на Сергея.

— Ты сказал, что Наталья знает.

— Она знает. Наташ, это Оксана.

Знала я со вчерашнего вечера.

Сергей сел на кухне, дождался, пока я налью ему суп, и сообщил, что встретил другого человека.

— Ты хорошая. Просто мы давно живём как соседи.

Я посмотрела на его тарелку. Соседи, наверное, тоже иногда вынимают друг другу лавровый лист, потому что одному неприятно, когда он плавает в супе.

— И давно?

— Восемь месяцев.

— Понятно.

Это «понятно» ему очень понравилось. Сергей даже расправил плечи.

— Я знал, что ты мудрая женщина. Оксана завтра зайдёт. Надо решить всё спокойно.

Я не спросила, зачем ей заходить.

У меня в голове было другое: восемь месяцев — это и мой день рождения, и наш отпуск, и та суббота, когда я отвезла его матери продукты, потому что сам Сергей «работал».

Ночью я почти не спала.

А утром достала чемодан.

—

Оксана прошла на кухню и поставила пирожные возле хлебницы.

— Я не очень понимаю, как такие разговоры начинать.

— Я тоже, — ответила я. — Первый раз принимаю.

Сергей сел на своё место.

— Давайте без колкостей.

Ни я, ни Оксана садиться не стали.

Она заметила чемодан возле двери.

— А вы почему с чемоданом?

— Уезжаю к сестре. В Полтаву. На несколько дней.

Оксана медленно повернулась к Сергею.

— Ты говорил, что съезжаешь ты.

— Так и будет. Просто Наташа решила пока отдохнуть. Нам всем нужно время.

— Нам? — переспросила я.

Он раздражённо потёр переносицу.

— Наташ, ну не цепляйся к словам.

Я вдруг поняла, что он рассчитывал именно на это. Я поплачу у сестры, он поживёт дома. Его рубашки останутся в шкафу, ужин — в холодильнике, а новая жизнь начнётся без неудобного переезда.

— В воскресенье я вернусь, — сказала я. — К этому времени забери свои вещи.

— Их же надо сначала разобрать.

— Да.

— Я не знаю, где у нас зимнее.

— На верхней полке.

Оксана смотрела на него так внимательно, будто впервые разглядела.

— Ты ещё ничего не собрал?

— Я работаю вообще-то.

Я открыла холодильник, достала кастрюлю и поставила на плиту.

Сергей сразу расслабился.

— Вот. Давайте поедим и нормально поговорим.

Я достала из шкафа контейнер. Переложила в него несколько котлет.

— Это сестре. Она сегодня поздно заканчивает.

В кухне стало тихо.

—

— Наталья, можно воды? — попросила Оксана.

Я показала, где стаканы.

Она налила себе сама, постояла возле раковины.

— Сергей сказал, что вы давно договорились разойтись.

Я опёрлась ладонями о стол.

— Мы вчера договорились. После супа.

— Наташ…

— Что?

Муж посмотрел на Оксану.

— Я объяснял, что всё сложно.

— Нет, — сказала она. — Ты объяснял, что всё закончено. Что остались формальности.

Я видела, как у неё краснеет шея. И почему-то перестала ненавидеть коробку пирожных. Наверное, она выбирала её в магазине, мучилась, что взять на такой странный визит. А мой муж в это время был уверен, что две женщины как-нибудь договорятся между собой.

Телефон на столе зазвонил.

«Мама».

Сергей взглянул на экран.

— Ответь, пожалуйста. Она тебе хотела список лекарств продиктовать.

Я даже протянула руку.

Потом остановилась.

— Возьми сам.

— Я не знаю, что она принимает.

— Спроси.

Он сбросил звонок.

— Вот зачем сейчас демонстративно?

Двадцать шесть лет я принимала эти звонки. Записывала названия на обороте чеков. Помнила, какие таблетки закончились и от каких у его матери болит желудок.

И теперь впервые увидела, что Сергей действительно считает это моим свойством. Как цвет глаз. Наташа знает лекарства, находит носки, не обижается надолго.

— Перезвони ей, — сказала я. — Она ждёт.

—

Оксана первой взяла пальто.

— Мне нужно идти.

Сергей поднялся:

— Я с тобой.

— Нет. Сначала разберись здесь.

— Мы же всё обсудили!

— По-моему, только ты обсудил. Сам с собой.

У двери она повернулась ко мне.

— Я не знала, что вы узнали вчера.

Я кивнула. Больше ничего сказать не смогла.